Корвин Галлеан Уэйн

Корвин был учеником в Академии Даларана, когда началось вторжение Плети. Вместе с несколькими такими же учениками он спасся из горящего города - его едва уволокли из рушащейся библиотеки, когда он тщетно пытался спасти хоть что-то (хоть что-то он спас - исключительно то, что утащил с собой, намертво зажав в руках). Судьба была милостива к нему, и когда он ночью в тумане отстал от группы, полумертвый от голода и страха, его нашла группа бандитов, чей предводитель был человеком неглупым и, сразу опознав в заикающемся юноше студента из Даларана, взял его с собой. Следующие два года скитаний по землям разрушенного Лордаерона и Стормгарда закалили характер молодого волшебника и определили его дальнейшую судьбу как путешественника и авантюриста. Его живой, деятельный ум, обрел отличное поле для оттачивания собственных навыков на нежити Плети и демонах, а заодно - ценный опыт в изучении оных для будущих странствий и опыт самих странствий.

Из-за врожденного сбоя сна Корвин вынужден спать всего четыре часа в сутки, целиком восстанавливаясь за это время, а остальной период дня и ночи заполняет кипучей деятельностью. Можно сказать, что он безжалостен к себе, но это не так - ему действительно доставляет искренне удовольствие учиться и тратить время на изучение чего-то полезного, а затем - применение этих навыков на практике. Познание и понимание, передача этого другим - вот главная цель в жизни Корвина. Знания, к которым стремится Корвин - не сухой перечень фактов, для него и пыльные книги со скучными перечислениями - чистый ключ, из которого можно черпать живую воду. Он следует собственному кредо о том, что любое знание является бесценным, живым и вечным, и возможно, это так - знания, кажется, сами находят его, охотно ложась четкими строчками на бумагу под его пером.

С первого взгляда кажется, будто Корвин - близорукий наивный идеалист-исследователь (когда он представляется ученым, а не, скажем, играет вора или моряка), но это впечатление развеивается довольно быстро. Он умеет защищать себя и близких, эмоционален и быстро увлекается, но знает меру и часто может вовремя остановиться, стремится найти равновесие между собой и окружающим миром. В отличие от многих интеллектуалов, не только не чужд житейской мудрости, но и зачастую руководствуется именно ею, а потому отнюдь не рассеян. С другой стороны, разум Корвина постоянно переключается между разными потоками мыслей, и для него нормально следить за дорогой, говорить с несколькими собеседниками, держать в уме схемы заклинаний и одновременно мысленно набрасывать пару новых отчетов. Это приводит к тому, что он постоянно бросается от одного дела к другому, отчаянно жалея, что у него всего одно тело, и лишь упорная концентрация на том, что он все равно не успеет всего сразу, поэтому надо закончить хотя бы важное, помогает ему заканчивать проекты, за которые он берется.

Корвин любит аккуратность, точность и творчество, магию и знания, но признается, что знания существуют не сами по себе - да, энергия, материя и информация существовали бы всегда и без всех живых существ, возможно, но именно они придают ее использованию смысл и суть. Поэтому жизнь и мир всегда стоят для него вне категорий - что стоят знания без их применения? При этом под "жизнью" он подразумевает гораздо больше, чем "функционирование физического тела аналогично с человеческим и наличие разума и сознания". Жизнь для него - оглушительное многоцветие и многозвучие, включая тишину и отсутствие света, вечность в одном мгновении и радость от того, что он существует. Естественно, он намерен пользоваться всеми возможностями, которые предоставляет ему его нынешнее существование, получая от него полное удовольствие.

Кроме всего прочего, Корвин ценит свободу - собственную и свободу других, признает честное сотрудничество и честное соперничество и очень негодует, когда кто-то нарушает эти принципы, поскольку подобное нарушает гармонию вселенной.

Веря в принципы Святого Света как философии, а не "что там придумали эти фанатики, Саргерасс их побери", причем философии, которая делает мир лучше и работает, Корвин склоняется в последнее время к изучению еще и принципов шаманизма и друидизма, поскольку они помогают понять другие народы, их исповедующие и дополнить философию Святого Света, улучшая мир. Возможно, не будь Корвин магом, он бы был жрецом... хотя он о выборе не жалеет - так ему открывается больше возможностей.

Он все еще страдает от утраты родителей и друзей, но годы приглушили чувство потери, напоминающей о себе только снами и щемящим чувством при виде сирот и перенесших потерю близких существ, поэтому Корвин искренне сожалеет, убивая кого-то - ведь вместе с этим он уничтожает еще и чьего-то близкого, даже если речь идет об Отрекшихся. С другой стороны - он не слишком расстраивается, видя голову незнакомого человека на поясе у тролля, поскольку это - элемент их культуры, не более. Часто противоречивость подобной позиции вгоняет Корвина в опустошительные эмоционалные конфликты, но таков уж он есть, и менять что-то у него просто нет желания.
Он всегда поможет тому, кто, по его мнению, будут нуждаться в помощи, причем так, как он считает правильным - например, вместо подачки нищему, если позволяет время, поможет найти тому работу и место в обществе.

Корвин воспринимает других изначально равными себе, вне зависимости от того, грязный ли это тролль с каменным топором в одной лапе и чьей-то головой в другой, или напыщенный эльф-Высокорожденный, одетый в золото и шелка. С каждым из них он будет вести себя по-своему, но не станет причинять вред, если те не нападут.

Годы путешествий и встреч с разными существами, дружественными, равнодушными или враждебными, занятия магией и исследования заброшенных мест сделали Корвина осторожным - он всегда имеет запасной план, даже если кажется, будто он, не думая, идет прямо в лапы опасности. С другой же стороны, после разрушения Даларана он навсегда запретил себе бояться, помня свое тогдашнее состояние - страх можно испытывать, но нельзя ему подчиняться, иначе он парализует и не даст спастись. Поэтому мало что может заставить Корвина бояться - если страх не оказывает своего привычного действия, он больше не властен над ним.

Корвин, как паук, плетет паутину, но она состоит не из лжи и власти, как у придворных интриганов, а из его собственной жизни и действий. Везде, где он появлялся, он не просто исследовал какое-либо общество, но стремился еще и помочь ему хоть в чем-то, иногда живя с ними так же, как исследуемые им племена и нации, и тем заработал неплохую репутацию среди многих сообществ (иногда, впрочем, не самую безупречную). Ему нравится такая жизнь - идти с ветром, собирать знания и помогать миру становиться чуть лучше, сплетать паутинки доверия и сотрудничества между отдельными личностями и народами, учиться и учить.