Хазеб аль Джихар

По молодости Хазеб слыл вспыльчивым, крайне темпераментным и беспощадным к обидчику гномом. Да-да, не удивляйтесь. Даже среди тенегорнских головорезов находилось мало тех, кто решался задирать молодого чернокнижника. А если кто и решался, то не было такого, кто бы потом не извинился. С возрастом он стал мудрее и рассудительнее, а пустыня научила уважать других и при необходимости вступать с ними в схватку, не испытывая при этом личной ненависти. Сам никого не обижает и никому не грубит, но уж если решит, что его кто-то оскорбил, то немедля призовёт негодяя к ответу. Хазеб не стесняется применять силу и магию в таких вопросах, а потому процесс извинения может быть достаточно болезненным.

Самое дорогое для Хазеба – память о его покойном деде и чалма. Дед был мудрецом и звездочётом при Тауриссане и научил внука не только премудростям волшебства, но и многому другому, те дни, что он проводил не в пустыне, а в доме деда, стали для гнома самыми значимыми. А потому он никогда не простит дурного слова о своём деде, и горе тому, кто решится осквернять его память. Хазеб не расстаётся с доставшейся в наследство от деда книгой, которая не содержит заклятий, как полагают многие, а является сборником стихов покойного звездочёта.

Чалмой своей колдун очень гордится, она сделана из добротной материи, одна сторона полотнища – красная, вторая – зелёная. Никому не разрешает до неё дотрагиваться, ни перед кем не обнажает головы. Знакомые только разводят руками: такая уж у старика причуда, ничего не поделаешь.
Хазеб – колдун, и этого не скрывает. Он убеждён, что железная воля и гибкий ум помогут совладать с любой силой, какой бы опасной она ни казалась. При этом он очень резко отзывается о своих «коллегах», которые утратили рассудок или попали под влияние демонов. Мол, нечего играть с огнём, коль руки кривые и душонка слаба.

Слово даёт неохотно, старается держать его, если уж дал. Нож между лопаток с его стороны вам точно не светит, но от того чернокнижник не становится менее опасным: уж больно страшен в честном бою. Часто не утруждает себя ответами на вопросы о своих мотивах, делает то, что велит ему сердце и подсказывает разум. С демонами обходится несколько пренебрежительно, уж больно его самолюбие тешит тот факт, что это они – его слуги, а не наоборот.