Бьорн

Бьорн Одинокий всадник явился на закате. Был он, судя по одежде, из местных краев, да и конь его больше походил на горного мустанга, нежели чем на лошадей южан. Всадник никуда не торопился. Остановился в нескольких метрах от ворот, - дать караульным себя рассмотреть.
Silverbrook Trapper говорит: - На ловца и зверь... - Всадника узнали. Сигурд высоко вздернул седые брови, раздумывая, что могло привести сюда Владекова приспешника. - А чего ж ты без белых покровов, посланник? Не боишься?.. А ну как и я тебя в подполе запру, как твой вожак поступил со мной?
Silverbrook Defender говорит: Караульные глядели настороженно, но ружей не поднимали. Нет такого закона - чтобы дети Волка убивали друг друга.
Бьорн говорит: - Я не посланник, Сигурд. - Голос у всадника оказался негромким, звучным баритоном. - Я беглец. В твои руки судьбу свою вверяю.
Silverbrook Defender говорит: хмыкнул. Слова черноволосого могли оказаться правдой: Владек ходил по тонкому льду. Фанатичный слуга Отца или предатель? Там разберутся. А пока разбираются, безопаснее быть с теми, кто не затевал свары. - Открывайте ворота, - повелел старейшина. Чтобы отворить тяжелые створки, понадобились двое мужчин. С Бьорном не поздоровались, только кивнули угрюмо и сухо.
Бьорн на горячие приветствия и не рассчитывал. Тронул поводья, медленным шагом проехал под увешанной телами и шкурами балкой. Оказавшись в черте села, спешился.
Бьорн говорит: - Здесь говорить станем? - спросил, беря могучего жеребца под уздцы, - Или сперва позволишь коня устроить?
Silverbrook Defender говорит: - Устраивай, - согласился Сигурд. - По пути на коновязь и поговорим. Знаю, зачем ты здесь. Не опоздал.
Бьорн говорит: - Почтенному Сигурду известно больше, чем мне? - Бьорн потянул коня за собой.
Silverbrook Defender говорит: - Разве не из-за сестер приехал? - удивление старейшины было искренним.
Бьорн нахмурился. В молчании дошел до коновязи, принялся расседлывать жеребца.
Бьорн говорит: - Не знал, что они здесь. Нет, Сигурд, не из-за них. Владек совсем из ума выжил. Сбежал я от него.
Дана говорит: - И они не знают, что ты живой. Я им говорить не спешил, зная, что ты при Владеке... - седой охотник смотрел беззлобно. Изучающе. - Что еще он натворил?
Адель заметила, выходя, как Сигурд кого-то по поселению вёл, да и направилась следом. Осунувшаяся, бесцветная мыкалась по селению, а так хоть на что-то отвлеклась. Всё от мыслей мрачных отвлекает. Только не разглядеть издалека с кем старик болтает, а подойти ближе боязно.
Бьорн говорит: - Ты и сам, почтенный Сигурд, знаешь его грехи. Началось с того, как он тебя в плен взял. А теперь и вовсе глуздом тронулся, по-своему в Холмах вертеть всем хочет, - Бьорн повесил снятую с коня узду на деревянный колышек. - Кто много смелости на себя берет, тот плохо заканчивает. Не по пути мне с ним стало.
Silverbrook Trapper говорит: - Умен, парень, - одобрительно сказал старейшина. - Молодцом, что чтишь законы: прочие душегубы Владека и бровью не повели, когда он надо мной, стариком, чинил бесчестие, запирая, как бесноватого пса... - Сигурд выпрямился. Оглянулся, чувствуя спиной взгляд.
Адель почти крадучись двинулась к старейшине. Всего несколько шагов, что-то в фигуре парня знакомым показалось. Сердце у девушке ёкнуло, замерла, но почти сразу упрямо головой тряхнула, да быть же такого не может.
Silverbrook Trapper говорит: И расплылся в улыбке. - Ада, пойди сюда.
Бьорн взглянул туда, куда глядел Сигурд. Немного поменялся в лице; почти сразу же взяв себя в руки, сам пошел навстречу.
Адель говорит: - Бьорн, - выдохнула, покачнулась, не смея отвести взгляд от родного лица. А вдруг это сон? Осторожно протянула ладонь, коснулась широкой груди и тут же отдёрнула пальцы.
Бьорн говорит: Сестра совсем не изменилась. Почти совсем... - Не забыла меня? - негромко спросил охотник, ловя девушку за отдернутую было руку. - Вижу, не забыла. И я не забыл. Ты прости брата непутевого, все никак не мог тебе весточку передать. Владек, пес паршивый, ничего о вас не говорил.
Адель дрогнула, услышав голос. Ошибки быть не может. - Братец, - пискнула жалобно, кинулась на шею. Всего несколько мгновений, не дышала даже, как можно сильнее прижимаясь к парню. Потом засуетилась, отпрянула и заскользила ладонями по плечам, лицу, тёмным волосам, слово убеждая себя, что не жестокая ошибка это, а и правда Бьорн.
Бьорн, не удержавшись, скупо разулыбался, предоставив сестре возможность убедиться, что он настоящий, а не видение из сна.
Silverbrook Trapper говорит: улыбнулся в бороду: как есть добрый дед, усталый седой воин, которому радостно смотреть, как теплеют чужие сердца. И не скажешь, что в бою он - пепельный зверь, способный задавить матерого медведя.
Адель говорит: - Но как же так? Стреляла же в тебя Дана, - залепетала, уже не не теребя чёрные вихры, не теребя рубаху, и потерялась вся. Кажется, что не знала куда деть беспокойные руки. Только глаза, большущие, распахнуты на пол-лица.