Книга Волка

Геллемар явился на закате. Штаны и куртка клирика были в древесном соре, с плеча свисал тощий моток веревки с железным крюком на конце.
Bloodmoon Servant говорит: Лодин ждал внутри. Месяц-другой назад он бы остерегся лазать в поваленный ствол, но злая сила, которая заставляла воргенов держаться подальше от этого места, в последнее время словно рассеялась. Либо ушла глубоко в землю и там до поры затаилась. - О, соперничек, - оборотень сделал вид, что заметил Геллемара только сию секунду. - Собрался на рыбалку?
Геллемар говорит: - На ...лку, - в сердцах отозвался эльф, сбрасывая с плеча моток и усаживаясь наземь: колени после "побега" из села, совершенного через частокол за домом, все еще предательски тряслись. - Какого черта ты прицепился к капитанше, кобель блохастый?
Bloodmoon Servant говорит: - Могу устроить, если приплатишь, - Лодин окинул эльфа оценивающим взглядом. - Обычно я не по этому делу, но по старой дружбе и за хорошие деньги... Про Эльзу я тебе еще в прошлый раз сказал. А вот какого черта ты к ней прицепился?
Геллемар в ответ на предложение продемонстрировал культисту неприличный жест. - Не я за ней. Она за мной послала.
Bloodmoon Servant говорит: - А ты и рад ей на меня настучать, - волкодлак укоризненно покачал головой. - Твое счастье, что она вообразила тебя несчастным влюбленным, который готов на все, лишь бы отвадить соперника. Генеральских дочек едва ли не с детства балуют ухажеры.
Геллемар говорит: - А я и буду на тебя стучать, - "обнадежил" клирик, раздраженно отряхивая брюки от кусочков застаревшей коры. - Чем больше я буду это делать, тем меньше меня будут в чем-либо подозревать. Тебе это на руку? Мне тоже. Но ты не ответил. Зачем ты к ней прицепился?
Bloodmoon Servant говорит: - Дурак, - с искренним сожалением вздохнул Лодин. - И это вместо благодарности? Я, конечно, не ждал, что ты повалишься мне в ноги за спасение жизни, но и такого свинства не мог предвидеть. Я берегу Эльзу от неприятных случайностей и выбрал самый легкий способ быть к ней поближе. Сергей, должно быть, все сосны вокруг Среброречья ободрал с досады, что она еще жива.
Геллемар говорит: - Ага... - Квельдорей немного подумал. - И случай с Олегом не ты подстроил.
Bloodmoon Servant говорит: - Хоть до этого ты допер, - проворчал Лодин. - Не я подстроил, но я предвидел. Вполне в сергеевском духе.
Геллемар говорит: - А ты не боишься, что в результате твоего способа быть поближе капитанша обзаведется хвостом?
Bloodmoon Servant хмыкнул, с любопытством глянул на квельдорея. - А не боишься, что я на тебя чихну, и сразу уши заволосеют?
Геллемар говорит: - Не боюсь. Потому что ты пил из посуды, в которой я тебе воду приносил. Полнолуние минуло, никто не заволосел.
Bloodmoon Servant говорит: - Ну вот. Значит, без опаски можем поцеловаться, - осклабился волкодлак. Реакция эльфа на такие намеки доставляла ему удовольствие.
Геллемар в ответ только досадливо дернул ухом. Глянул в сторону поляны, не мелькает ли кто. - Книгу принес?
Bloodmoon Servant приподнялся, вытянул из-под себя холщовую сумку, а оттуда бережно извлек небольшую книгу, по виду напоминавшую молитвенник. - Поаккуратнее с ней, - предупредил он, протягивая вещицу эльфу.
Геллемар говорит: - Хорошо, в сортир с ней ходить не буду, - отозвался клирик, забирая у оборотня потертый томик. Открыл на середине, пролистнул несколько страниц. Задумчиво прикусил губу. - И как этим пользуются?
Bloodmoon Servant говорит: Часть книги была на всеобщем: обычные для культов обещания конца света и спасения истинных сынов Волка; час хлада, мора и пурги расписывался листов на десять. В середине же начинался текст совсем другого вида - знакомые руны, странные, жутковатые слова. - Надо зачитать Волчью Песнь, - сказал Лодин, подавшись вперед. - Ничего сложного, только следить за буквами.
Геллемар недоверчиво взглянул на Лодина исподлобья. - Как это читают, - вслух, про себя?
Bloodmoon Servant говорит: - Обычно вслух или шепотом, - культист изобразил на морде предельную тоску. - Если узнают, что я тебе принес, накрученным хвостом не отделаюсь.
Геллемар говорит: - Будешь вести себя хорошо, - никто ничего не узнает... - рассеянно пообещал эльф, скользнув взглядом по рукописным строкам. Первая строка далась тяжело. Вторая тоже: чувствуя, как от непривычности слов и фраз начинает ломить виски, квельдорей сморгнул и упрямо повел взгляд дальше. Этот текст должен будет попасть в отчет. Возможно, в нем сокрыта ценная информация. Но прежде, чем передавать - это надо было прочитать...
Bloodmoon Servant говорит: - Я и так наделал добрых дел на полгода вперед, - Лодин пристально следил за священником. Порой хватало и прочесть заклинание про себя, чтобы оно начало действовать.
[9. hills] Геллемар: ролл на чтение: меньше 50 - не дочитал, испугался, больше - увлекся и дочитал.
Геллемар выбрасывает 1 (1-100)
Геллемар Чем дальше продвигался клирик, тем становилось легче. Нет, текст не делался более понятным, - но он звал за собой, манил неведомой силой, ласково заглядывал в зрачки, словно моля не отталкивать, не закрывать переплета, впустить слова в себя и принять их, как принимают поцелуй любимой женщины и клирик, внезапно ощутивший этот магический дурман, вздрогнул.
Геллемар говорит: - Потом почитаю... - выдохнул, накрывая страницу ладонью и смаргивая, будто в глаза что-то попало. - По частям...
Bloodmoon Servant кивнул, скрывая досаду. - Теперь ты веришь, что я не собираюсь обводить тебя вокруг пальца?
Геллемар ответил не сразу. Сперва огляделся, потом расстегнул куртку и затолкал томик за пазуху. - Верю. Но частично. Ты очень умен, Лодин. Это не комплимент, это констатация факта. Поэтому я не могу исключить вероятность того, что книга - малое, чем ты можешь пожертвовать ради своей цели. Но то, что она подлинна, - в это я верю. Что будет, если дочитать тот текст до конца?
Bloodmoon Servant говорит: - И что собираешься делать? - хмыкнул оборотень. - Убить Сергея я не могу, а когда пытаюсь ему помешать, вы ставите палки в колеса. Что будет? Ничего особенного, иначе я б не посмел отдать тебе книгу.
Геллемар говорит: - Ничего особенного, значит... - Клирик вспомнил свои ощущения, возникшие при чтении и снова вздрогнул: чувство было очень странным. - Зачем тебе убивать Сергея? Неужели твоего ума не хватает на то, чтобы просто с ним договориться?
Bloodmoon Servant вздохнул. - Сергей уже добился своего, обратив общину, и Отец его похвалил. Зареченских он мнит безнадежными, поэтому хочет пустить на корм своим блохастым. К тому же, если он позволит мне обратить вас, заимеет соперника, с которым придется делить Его благоволение. Что я могу ему предложить, чтоб он отказался от своей затеи?
Геллемар сморгнул. - Мне казалось, что вы должны быть заодно, раз находитесь в одной упряжке. Разве и у вас есть борьба за первенство?
Bloodmoon Servant говорит: - Мы же не безвольные рабы, - пожал плечами Лодин. - Да, есть. Как и везде. Говорят, даже епископы травят друг друга. Однако, если я осмелюсь его убить, отцу это не понравится.
Геллемар говорит: - Но ведь вас мало, по сравнению с количеством священнослужителей. Зачем рвать друг другу глотки, тем самым уменьшая свои ряды?
Bloodmoon Servant говорит: - Мы волки, - с оттенком гордости сказал Лодин. - Выжить должны лучшие. Сильнейшие. Те, кто создаст основу новой великой расы.
Геллемар говорит: - Ага... - Клирик едва заметно усмехнулся. - Сергей захватил Среброречье, тем самым показав, что он лучший. Тебя это задело. И теперь ты хочешь сделать то же, что сделал он. Захватить Заречье, остатки самых упертых среброреченцев, бежавших от Сергея. И тем самым прищемить ему хвост. Я угадал?
Bloodmoon Servant говорит: - Именно, - не стал скрывать Лодин. - Ко всему, я не смог добиться главенства в своем родном поселении. Будешь умницей, расскажу об этом больше.
Геллемар усмехнулся чуть более заметно. - И что мне для этого надо сделать? Каждодневно прихорашивать тебе хвост золоченой расческой с брильянтами?
Bloodmoon Servant говорит: - Для начала - оставить в покое Эльзу. Пусть думает, что ты в нее втюрился, как лопух, поэтому говорил обо мне всякую чушь. Во-вторых, мне нужны имена и привычки - особенно те, что связаны с выходом за частокол, - старейшин Заречья. Начинать надо с головы.
Геллемар говорит: - А если я от Эльзы вовсе отстану, а за ней начнет ухаживать кто-то другой, кто будет говорить про тебя такие же гадости?
Bloodmoon Servant говорит: - Это кто же? - сощурился Лодин.
Геллемар говорит: - Ты его уже видел. Даже рожу чуть не набил.
Bloodmoon Servant говорит: - Ни одна шавка Сергея не посмеет меня раскрыть. Отец сильно разгневается, если один из нас выдаст другого. А, ты про блондинчика с дрожащими губками? Откуда ему знать, кто я такой?
Геллемар говорит: - Я рассказал.
Bloodmoon Servant мученически закатил глаза к трухлявому своду. - Вот сам и оттаскивай его от Эльзы. Можешь приударить, судя по смазливой мордахе, он на оба фронта... то есть и на фронт, и на тыл.
Геллемар говорит: - А зачем его оттаскивать? - удивленно приподнял брови клирик, проглотив намеки на ыдорастию. - Пускай крутится. Все равно Эльза в тебя по уши влюбленная, если он ей надоест, - самолично голову отрубит. Просто, Лодин, я ей нахамил и расстались мы далеко не подружками. Изображать влюбленного теперь уже поздно, да и не умею я это делать.
Bloodmoon Servant говорит: - А до этого, если верить слухам, она была по уши влюблена в какого-то знатного женатика, отчего папаша ее и отправил на север по дипломатической линии. Бабы!.. К тому же, я собираюсь ей изменить. Неоднократно и не с одной. Дане привет передавал?
Геллемар говорит: - Пфф, - клирик только ладонями по коленям хлопнул. - Ты в себе сомневаешься, что ли? Да её от тебя ломовой лошадью не оттащить.. Привет передал. Сказала, что подумает. Как будете договариваться о встречах, - не знаю. Я и так соврал, будто твоя просьба в том письме была, которое Урсула передавала.
Bloodmoon Servant говорит: - Ладно, - буркнул Лодин. - Только без обид, если приструню этого твоего красавца. Как мужик мужика. Кто первый влез, того и баба. А насчет Даны... девка боевитая, как у нее с весом в Заречье?
Геллемар говорит: - Только приструнивай без членовредительства. По возможности. Потому как меня в Сосне не будет, случись что - не вылечу. Поэтому держи себя в руках. Уже подумывают о том, чтобы тебя убить. Я вроде бы отговорил, но если ты изуродуешь Тиля, сдерживать более никого не смогу.
Bloodmoon Servant говорит: - Хорошо, - миролюбиво согласился оборотень. - Эльза ведь расстроится, если я всю его красоту вомну в череп. А кто подумывает?
Геллемар говорит: - Все подумывают. И я, порой, тоже. Нервы уже ни к черту. Что до Даны... полагаю, ты и сам догадываешься. Небось видел, как она топором машет и командует? Вот и делай выводы.
Bloodmoon Servant говорит: - Ага, - подумав, кивнул Лодин. - Тем проще. Все бы так через баб решалось, - войн было бы втрое меньше.
Геллемар говорит: - Насчет Эльзы и ее расстройств - не думаю, что она по полукровке плакать будет. А вот зареченские на такое членовредительство совсем обозлятся. В целом, выходит, правильно я сделал, что о тебе рассказал. Не пойми кого, внезапно возле капитанши взявшегося, шлепнули бы без раздумий.
Bloodmoon Servant говорит: - Как будто это проще, чем прихлопнуть муху, - самодовольно осклабился оборотень. - Даже с истинным серебром... Кстати, откуда его берете?
Геллемар говорит: - Что до описаний привычек старейшин... - тут клирик взял паузу на раздумья. - Будут. Чуть позже. Когда я книгу твою почитаю в более приятственной для чтения обстановке. Серебро? Понятия не имею. Вроде бы было у кого-то, не выяснял.
Bloodmoon Servant говорит: - А ты поспрашивай, - предложил оборотень. Наклонил голову, поглядел на священника исподлобья. - Мало ли, когда тебе самому это окажется важно.
Геллемар говорит: - У меня грудь узкая, татуировки не влезут, - вяло отшутился клирик. - А задницу под укус подставлять не буду. Так что это вряд ли. Ну что, вроде все утрясли на сегодня?
Bloodmoon Servant говорит: - Я и не собирался тебя кусать, - серьезно ответил Лодин. - Все же эльф, кто знает, как подействует? Может, сбесишься и будешь гонять на четвереньках, пугая старух и индюшек. У меня все.
Геллемар говорит: - О встречах как договариваться станем?
Bloodmoon Servant говорит: - Оставляй в стене, в расселине, кленовый лист за день до встречи.
Геллемар кивнул и поднялся, забрасывая веревочную бухту с крюком на плечо. Ушел, не прощаясь.