На грани

(Рейтинг R - откровенные темы, грубая лексика. Содержит спойлеры (провокацию метагейма) для играющих в Заречье).

Геллемар Огромный волк явился на закате. Белым призраком выплыл из леса, втек в сумрак древесной пещеры и остановился, буравя культиста тяжелым, звериным взглядом. Уши чудовищного хищника были плотно прижаты.
Bloodmoon Servant говорит: Нельзя сказать, что Лодин удивился - он знал силу книги, подсунутой Геллемару. Но зверь в нем самом заставил культиста сгорбиться, выщериться в ответ, принимая вызов другого самца. Хороший волк получился из клирика. Даже слишком хороший.
Bloodmoon Servant говорит: - Не дури, - буркнул Лодин. - Я быстро превращаюсь.
Геллемар говорит: - Испугался? - хрипло поинтересовался волк... нет, уже эльф. Ничего общего с белым зверем, кроме, пожалуй, взгляда. И прижатых ушей.
Bloodmoon Servant говорит: - Тебя, что ли? - ухмылка культиста вышла чуть напряженной. Самую малость. - Смотри, как бы за загривок не потрепал. Ну, с чем пришел?
Геллемар коротко оглядел Лодина с ног до головы и, сев где стоял, полез в карман. Обрывок пергамента был расстелен на колене; явившийся из того же кармана огрызок карандаша забегал по желтоватому листку, оставляя короткие полосы строк.
Bloodmoon Servant говорит: - На любовную записку от Даны не похоже, - прикинул Лодин. - Ее б ты записал еще в поселении. Как она, кстати? Меньше дурит? Если бабу как следует прошуровать, становится шелковой. Учти на будущее.
Геллемар Карандаш приостановил свой бег. Всего на мгновение, - и, одним махом завершив последнюю строку, был вновь упрятан в карман.
Геллемар говорит: - Как следует... - проворчал клирик, дергая углами рта: записка была зажата между указательным и средним пальцами руки, протянута Лодину. - Ты её порвал, паскудник. Договаривались же вроде, чтобы без этих твоих... штучек. Держи. Это список имен ныне действующих старейшин.
Bloodmoon Servant подошел, вытянул бумажку из пальцев эльфа. - Так не дала по-хорошему, - пожал он плечами. - Была бы поласковей, не... Ого, - присвистнул он. В списке оказалось нечто неожиданное. - И давно?
Геллемар оскалился, будто от зубной боли. - Лодин, ну ты и... Вроде умный мужик. Так ведь мог бы понять, что не с чего ей быть ласковой. А она, дурында, два дня потом молча терпела, пока я ее к стенке не припер с прямым вопросом. Голова твоя где? В штанах?
Bloodmoon Servant говорит: - Да что ей будет? - культист снисходительно поглядел на клирика. - Бабы - как кошки, тех рвут шипами, а они только орут и хвост подальше отставляют. Ничего, не со второго, так с третьего раза распробует. Цветов ей надергать, что ли, - криво усмехнулся Лодин. - Раз уж пошла такая пляска... Говорю, давно она? - он кивнул на записку.
Геллемар говорит: - С вечера того же дня, - буркнул квельдорей. Коротко мотнул головой, отгоняя бренчавшего над ухом комара. - Чем на этот раз шантажировать станешь?
Bloodmoon Servant говорит: - Ах ты ж черт, - пробормотал Лодин, задумчиво щурясь на перечень имен. - Придется врать, что не стерпел от большой любви. Ну как чем? Не обрадуется, если другие старейшины узнают, что почтенная Урсула, золотой человек, рукодельница, доброе сердце, не погибла полгода назад, а тявкает под кустом шиповника. Или где там ее пристроили... не знаешь, кстати?
Геллемар говорит: - Не знаю, - отозвался клирик, нагло щурясь на волкодлака. - Пока что.
Bloodmoon Servant говорит: - Узнаешь - скажи. Мне б не хотелось использовать Зов этим полнолунием, чтобы найти ее. Урсула женщина совестливая, очнется поутру - будут вопросы, где она так... измаралась, - волкодлак ответил не менее наглой ухмылкой. - Игорь - это такой здоровяк с белыми косами?
Геллемар ухмыльнулся еще шире. Ухмылке явно не хватало волчьих клыков. - Не будет вопросов. Уж мы позаботимся. Крепкая цепь, надежное крепление... Сказать, значит? Хм, а что мне за это будет? Последнюю сделку касательно книги я отработал на совесть.
Bloodmoon Servant говорит: - Забавный поворот, - вскинул бровь Лодин. - Тебе-то какой интерес в старухе? Или Дана обещала раздвинуть ноги, если о матери позаботишься? Так я лучше за ней присмотрю... - он сделал паузу. - Да, книгу ты отработал. Что еще у меня попросишь?
Геллемар говорит: - Старуха меня не волнует. Меня волнуют только мои интересы и ты знаешь, какие. - Клирик поднялся на ноги. - Что касаемо раздвинутых ног... Знаешь, могло бы быть. И вышло бы лучше, чем у тебя. Но не вышло. Почему - не твое дело.
Bloodmoon Servant коротко хохотнул, смерив тощую фигуру клирика выразительным взглядом. - А хороший из тебя вышел щенок. Клыкастый. Хочешь стать настоящим волком?
Геллемар говорит: - Я не щенок! - моментально выщерился эльф, сутулясь почти так же, как недавно это делал культист. - Я квельдорей, представитель высшей расы, появившейся задолго до того, как на свет появились твои жалкие и слабые предки. Что до просьб, - то теперь ты мне знания предлагать будешь. А я буду выбирать, что хочу узнать. И, в зависимости от этого, расплачиваться полезной тебе информацией.
Bloodmoon Servant говорит: - Знания, - хмыкнул волкодлак. Гонор эльфа пришелся не по нутру ему-зверю, но как проповедник Лодин был доволен. Зацепило ушастого. - О чем же тебе рассказать? О ритуале? О назначении рисунков, которые у меня под рубахой?
Геллемар говорит: - Сгодятся оба варианта. Полагаю, тебе не надо напоминать о том, что меня не интересует все, что относится к проповедям. Факты, Лодин, факты.
Bloodmoon Servant говорит: - Свидетелем не был, - двинул плечами культист. - Как говорится, за что купил... Но исторические данные сходятся с тем, что я узнал здесь. Когда Отец был смертным, люди не могли принять его Дар, не лишаясь рассудка. Они вели двойную жизнь. Ночью становились воргенами, забывая себя-людей, с рассветом возвращались в человеческий облик... Даже самые преданные слуги Отца лишались разума, когда покрывались шерстью. Здесь, соединившись с первобытной силой Холмов, Отец измыслил способ оставлять нам рассудок. Ритуальный рисунок - оно и есть. Это самое средство, которое позволяет в любом облике оставаться собой. Вот так.
Геллемар молча выслушал культиста. После того, как Лодин замолчал, постоял еще немного, щурясь в никуда над волкодлачьим плечом и о чем-то раздумывая. - Хорошо... - сказал наконец. - Проверить это я, конечно, не могу. Спрошу иначе. Знаешь способ продления действия Волчьей Песни?
Bloodmoon Servant говорит: покачал головой. - Не знаю. Я к магии вообще не способен. Одного из приближенных сынов видел в облике громадного волка не час и не два, но тот и раньше промышлял колдовством. Видно, Отец наделил его большей силой.
Геллемар говорит: - Выходит, что я узнал все, что можно было узнать в моем положении?
Bloodmoon Servant кивнул. - Предложил бы тебе повидать Отца, но самим собой ты от него не вернешься. Есть развилки, с которых уже не свернуть обратно.
Геллемар говорит: - Получается, что тебе более нечем оплачивать мои услуги, Лодин.
Bloodmoon Servant призадумался. - Так и услуги пока что - одни обещания. Может, у тебя есть вопросы, на которые я еще не ответил?
Геллемар говорит: - Одни обещания? Не я ли передавал твои послания Дане? Не я ли принес список старейшин? Это что, пустые обещания? - мрачно вскипел клирик.
Bloodmoon Servant говорит: - А книга, по-твоему, ломаного гроша не стоит? - сварливому тону Лодина позавидовали бы торговки на рыночной площади. - Знаешь, как я рисковал, добывая ее и вручая тебе, неверному? К тому же, не отказываюсь от обещания сохранить тебе жизнь и свободу, когда захвачу Заречье. А это уже будет скоро.
Геллемар говорит: - Вопросы... - буркнул клирик. - Я спросил обо всем, что мне было непонятно или неизвестно до конца. Получил ответы. Невозможно спрашивать о том, существование чего тебе неизвестно, Лодин.
Bloodmoon Servant неожиданно ухмыльнулся. - В Тополиной роще ты не нашел ничего не обычного? Того, что отличало бы это селение от других?
Геллемар говорит: - Книгу могу вернуть. Она мне больше не нужна. Что касаемо жизни и свободы, - я в любой момент могу уехать.
Геллемар невольно насторожился. - Ты о реликвии?
Bloodmoon Servant еще шире разухмылялся. - Да. Сейчас, когда Среброречье заключило союз с Альянсом, отсутствие лекаря будет для ваших подарком. Не забудь как
следует распрощаться с друзьями - вряд ли ты их снова увидишь... Да, о ней.
Геллемар говорит: - У меня нет друзей. - Ложь, вкупе с мрачной рожей, далась эльфу легко. - И что ты знаешь об этой реликвии, которую вы до сих пор не сделали своей?
Bloodmoon Servant говорит: - Я знаю, что ты был бы лучшим ее хранителем, нежели фанатик Иван, - закинул удочку волкодлак.
Геллемар сощурился. - Сперва расскажи, что это такое. Вдруг окажется сущей пакостью, к коей честному священнослужителю и прикоснуться мерзостно.
Bloodmoon Servant говорит: - Я думал, эльфы, которые еще и по церковной линии, должны сами чувствовать зло, - прищурился Лодин. - Это часть первозданной силы Холмов, той, что принадлежит Отцу-волку.
Геллемар говорит: - Ну и почему такая ценная вещь все еще хранится у какого-то деревенского быдла, а не служит украшением покоев Отца?
Bloodmoon Servant почесал подбородок. - Есть нюанс, священник. Реликвией может владеть только смертный. Когда Отец перестал быть оным, она.. покинула его. И досталась дураку Ивану, который даже не знает, как ею распорядиться.
Геллемар говорит: - А ты смертный? - намекнул квельдорей.
Bloodmoon Servant говорит: - Еще какой смертный, - буркнул волкодлак. - Псы Тополиной Рощи это тоже хорошо знают.
Геллемар говорит: - Я так и подумал, - Эльф приторно улыбнулся. - Тебя в Тополя не пустят, в отличие от меня. Значит, надо запудрить мне мозги, дабы я эту штуку из местной молельни выволок, а уж отобрать реликвию у худосочного клирика проще, чем леденец у ребенка.
Bloodmoon Servant говорит: - Вот тут ты как раз ошибаешься, - нехотя проворчал Лодин. - Владельца реликвии ох как непросто обидеть.
Геллемар говорит: - Это если владелец знает, как реликвию использовать. А не просто трясет ею над головой, тем самым распугивая культистских подвывал. К ней инструкция по применению приложена? А то ведь я, кроме как погреметь ею на Иванов манер, ничего не смогу сделать.
Bloodmoon Servant говорит: - Ты же квельдорей, сын гордой и древней расы, помешанной на магии, - подначил Лодин. - Неужто не разберешься?
Геллемар говорит: - По-твоему, знания из ниоткуда берутся? - парировал клирик. - Сам небось на исследователя учился не один год.
Bloodmoon Servant смерил клирика колючим взглядом. - Пара дворфских гранат и местоположение Урсулы. В обмен на рассказ о силе реликвии.
Геллемар говорит: - Тебе-то откуда знать, что это за вещь? У Отца есть привычка задушевничать со своими слугами о том, что он когда-то потерял?
Bloodmoon Servant говорит: - Я же исследователь, - невозмутимо напомнил волкодлак. - Кое-что слышал, кое-что знаю. Кое-что могу выяснить.
Геллемар говорит: - Зачем тебе гранаты?
Bloodmoon Servant говорит: - Надо. Не волнуйся, никто из ваших на них не подорвется. Я, может, сам собираюсь оборониться - кто знает, что у Сергея на уме? Он в скверном положении.
Геллемар говорит: - С этого момента поподробнее.
Bloodmoon Servant говорит: - Ты даже не насторожился, когда я сказал о союзе с Альянсом, - заметил Лодин. - Значит, в курсе. Откуда, к слову?
Геллемар говорит: - Узнал по дороге, когда с Даной тебя искали. Люди в сине-золотых накидках бывают очень разговорчивыми, особенно когда лечишь их от смертельных ранений. Значит, Дюкаль инсценировал перемирие, а Альянс возьми да и начни использовать местное ополчение на полную катушку? И какое Сергею до тебя, одинокого неудачника, дело?
Bloodmoon Servant говорит: - Подловил я на днях среброреченца... порычал на нее, погрозил и кое-что узнал, - волкодлак потер подбородок большим пальцем. - Дюкаля отозвало начальство, местные ропщут, не хотят погибать за Альянс. Тем более, что их послали - будешь смеяться - захватывать крепость Завоевателей, что к югу от вас. Так вот. Если Сергей своих не угомонит, какой из него вожак? А никакой.
Геллемар говорит: - Ну а до тебя ему какое дело?
Bloodmoon Servant говорит: - А я собираюсь бросить ему вызов, - открыл карты Лодин. - После того, как в полнолуние пошумлю, где надо, гранатами.
Геллемар говорит: - Ага. Чтобы он подумал на нас. Гранаты-то с серебряной начинкой, больше ни у кого таких нет. Подставить нас хочешь?
Bloodmoon Servant говорит: - Дурак я, что ли? Мне же потом объединять Среброречье с Заречьем, - самонадеянно поделился культист. - Нет. Шугану их от крепости. Увидев, что и у орков есть серебро, они точно взбунтуются, оставив Сергея с носом.
Геллемар говорит: - Ага... - повторил клирик, зацепившись большими пальцами рук за брючный ремень по обе стороны от пряжки. - Ну хорошо, с этим понятно. А схрон Урсулы тебе нужен для того, чтобы Дану, значит, на новые свиданки вытягивать. Раз, другой, третий, стерпится-слюбится, так?
Bloodmoon Servant говорит: - Я б даже предложил, чтоб вы снабдили серебром орков, но, друг мой, они-то будут бить на поражение. Мне лишние смерти не нужны. Отец по голове не погладит, да и люди в Среброречье, если подумать, хорошие. Насчет Даны ты верно понял. Не все же мне среброреченских баб за стиркой заставать, - ухмыльнулся Лодин. - Она ничего так. Когда не хмурится и молчит.
Геллемар дернул бровью. - Ну еще бы. Рано или поздно войдет во вкус, сама ворота перед тобой откроет. Это мне понятно. Непонятно только, за каким чертом тебе вдруг захотелось щенка от нее прижить.
Bloodmoon Servant говорит: - Чего? - брови Лодина поползли вверх. - Она что... того?
Геллемар говорит: - Не того, - раздраженно отозвался квельдорей. - но при учете твоих намерений шансы на "не того" у нее небольшие. Отвары она пить не умеет. Значит, жених её все же головой думал. Тьфу... тебе что, на пальцах объяснять надо?
Bloodmoon Servant говорит: - Так пусть побережется. В первый раз, что ли, подставляется мужику? - Лодин пожал плечами. - Знала, куда и на что идет. Не умеет, научится. Потолкуй с ней, раз уж она тебе доверяет. И вот еще... - волкодлак огляделся, прохлопал карманы. Зачем-то подцепил пальцем подтяжку. - Нет ни черта, - уныло резюмировал он. - Будь другом, надергай ей цветов, когда будешь возвращаться. Скажешь, что от меня. Дескать, мрет от угрызений совести и чахнет в надежде на новую встречу.
Геллемар говорит: только вздохнул. - Да куда она из-под тебя денется, дубина ты лесная... Вы... это... вынимайся хоть. Не буду я ей цветы рвать. Сам нарвешь и сунешь.
Bloodmoon Servant говорит: - Сам-то любишь выниматься? - потребовал солидарности волкодлак.
Геллемар говорит: - Ни разу этого не делал. Но, мое дело посоветовать. Если тебе не нужна проблема в виде злой и брюхатой бабы, потерпишь. Все равно она у тебя для коллекции. Верно?
Bloodmoon Servant закатил глаза. - Ладно. Считай, убедил. Она же теперь старейшина, это раз. Во-вторых, наследует Ивару из Среброречья. Может, вообще женюсь, если выгодно сложится.
Геллемар говорит: - Ну раз убедил, то добавлю еще вот что. Поаккуратней впредь. Уж если взялся изображать влюбленного, так не доводи до того, чтобы баба потом два дня с каменной мордой ходила и лишний раз присесть боялась. Не знаю, может у вас тут так заведено... В общем, считай личной просьбой.
Bloodmoon Servant говорит: - Я ж не знал, что ей дадут посох, - вздохнул Лодин. - Знал бы, привел бы на цветочное ложе и все такое, а не ставил по-собачьи в коптильне. А тебе что? Втюрился, что ли? Или играешься в ее духовника?
Геллемар говорит: - П... - Клирик сморгнул. Воображение некстати нарисовало слюнявые клыки и мохнатый хвост. - По-собачьи? Мать твою, мы же договаривались!
Bloodmoon Servant говорит: - Ты о чем? - осторожно переспросил Лодин, натуральным образом обалдевший. - Что-то не помню, чтоб скрепляли кровью уговор насчет позы.
Геллемар говорит: - А... - Клирик снова сморгнул. Внезапно тряхнув головой, помассировал переносицу. - Извини, - добавил сипло, - я вдруг подумал, что ты все таки обратился.
Bloodmoon Servant заржал. Понял, что навоображал эльф. - Ты ж сидел рядом с коптильней, - напомнил он, успокоившись. - Криков не слышал, дом не трясся, бревна не раскатывались.
Геллемар говорит: - Не втюрился, - А вот это прозвучало куда более агрессивно. - Просто... Знаю, каково ей. Лечил в прошлом такие случаи. На характере может сказаться... Не очень хорошо.
Bloodmoon Servant говорит: - Понял, - пробурчал Лодин. - Ладно, буду осторожнее. Мне же выгодней.
Геллемар говорит: - Хорошо, что ты это понимаешь. Ладно. С меня гранаты и местоположение, с тебя - письменный очерк о реликвии. Гранаты постараюсь завтра припрятать в лесу, найдешь по моему запаху. С местоположением может затянутся. Полнолуние скоро, не до разъездов будет.
Bloodmoon Servant покривился. - Устный рассказ не подойдет?
Геллемар говорит: - Подойдет. С условием, что я буду записывать все, что ты говоришь.
Bloodmoon Servant кивнул. Это его устраивало. - Ладно, возвращайся. Дане все-таки передай, что я... хм.. погорячился.
Геллемар говорит: - Передам... - Клирик отступил назад. Выглянул из пещеры; уже стемнело. - Когда очередную случку, то есть встречу, планируешь?
Bloodmoon Servant говорит: - Посмотрим, как выйдет с Сергеем, - озабоченно пробормотал Лодин, прикидывая варианты. - Это сейчас главное.
Геллемар коротко угукнул. Вышел наружу, огляделся. Коротко подвигал плечами, вновь взглянул на оборотня. - А голову я тебе все таки откусить могу, - сказал внезапно с какой-то веселой, отчаянной злостью. - Поэтому не обманывай меня. Хорошо?
Bloodmoon Servant говорит: вытянул перед собой руку. Медленно согнул в локте, сделал такое движение пальцами, словно крошил в них ком земли, - даже в сумерках было видно, как играют литые мускулы волкодлака. - Ты мне не ровня, - хмыкнул он. - Пока что.
Геллемар говорит: заулыбался. - Белой шерсти это трудно обьяснить, - пояснил с безмятежным равнодушием. - Бывай, Юнвальд.
Bloodmoon Servant говорит: - Сравнил пару мгновений истинной силы и то, что есть у меня, - пренебрежительно фыркнул Лодин. - Бывай, эльф.