Влюбленные

Дана говорит: Здесь никто не стучался, но и вламываться в дом охотница не стала. Негромко окликнула гномку, оставшись за порогом, - если не спит без задних ног, отзовется.
Шэй говорит: Шэй спала чутко и, услышав свое имя, сразу открыла глаза. - Доброе у... - глянула на небо, - добрый вечер.
Дана говорит: - Здоровья, почтенная Шэй, - Дана все не могла взять в толк, не обидится ли бардесса, если опустить "почтенную". - Тиль еще спит, а мне не терпелось расспросить о вчерашнем.
Шэй говорит: Вздохнула, вспомнив события прошедшего дня, задумчиво потерла виски. - Пойдемте, сядем где-нибудь, расскажу, - Шэй, в свою очередь, постоянно сбивалась с "ты" на "вы" и обратно, не очень понимая, как обращаться к трапперше.
Helena Atwood говорит: - Хочешь есть, девонька? - габариты гномки будили в незамужней Хелене материнскую нежность.
Шэй говорит: - Не отказалась бы, - улыбнулась Шэй, только сейчас осознавшая, что вчера за весь день поесть так и не удосужилась.
Helena Atwood засуетилась; придвинув к бардессе плошку с хлебом и вяленой олениной, поставила на огонь котелок. - Скоро поспеет похлебка.
Шэй говорит: - Спасибо, - нечленораздельно сообщила гномка, уже успевшая соорудить себе бутерброд; прожевав, обернулась к охотнице. - Сударыня Дана, еще минут десять подождете?
Дана говорит: - Ешь, - согласилась Дана. - С набитым ртом нельзя говорить о деле. Злые духи только и ждут случая проскользнуть внутрь с куском хлеба.
Геллемар Подошел клирик. Поочередно взглянул на Дану, на гномку и, не став задавать уже прозвучавших вопросов, сел на край лавки.
Helena Atwood говорит: - Здоровья, Геллемар, - улыбнулась эльфу Хелена. - А тебя искал Якоб. Забегал на минутку перед обходом: повстречал, дескать, солдат на дороге, а те передали послание нашему лекарю. Значит - тебе.
Helena Atwood говорит: - Есть будешь?
Геллемар говорит: - Что? - озадаченно переспросил эльф с таким видом, что сразу становилось понятно: никаких персональных депеш от солдат он не ждал. - А.. Нет, пока не хочу. Потом с Якобом поговорю.
Шэй с опаской покосилась на остатки бутерброда: злых духов выискивала, не иначе. Впрочем, ни злых, ни добрых видно не было, и она решительно доела хлеб с мясом. Покосилась на Дану - начинать, мол?
Helena Atwood говорит: - А я у него выспросила, в чем дело. Волновалась, - стеснительно призналась женщина. - Говорит, раненая капитанша тебя потребовала к себе.
Дана говорит: - Сначала послушаем, что расскажет Шэй, - новость Дану не обрадовала.
Геллемар разом скис, как молоко в кринке, на которую положила глаз злая колдунья. Начинается...
Геллемар говорит: - Не думаю, что всё плохо, - пробормотал вполголоса, похрустывая пальцами. - Будь это не так, солдаты пришли бы не запиской, а с огнем.
Шэй говорит: Поджала губы, услышав про капитаншу. - Жива и здорова эта Картер, - сообщила гномка, - весь вечер на улице стояла, кокетничала с ражим таким детиной. По описанию - этот ваш.. который хитрый и опасный. Да и она его Петером называла.
Геллемар от этой новости окончательно скис. До состояния творога. Зеленоватого.
Дана говорит: Дану передернуло. Ей самой Лодин казался омерзительным. - Совсем здорова? - подчеркнула охотница. - Ни повязки, ни шрама?
Геллемар говорит: - А вот теперь я думаю иначе, да. Теперь все плохо.
Шэй говорит: - Лесник местный сказал, что ее покусали в полнолуние, - вспоминала Шэй, - но лекари быстро поставили ее на ноги. Сколько дней с полной луны-то прошло? - задумчиво пробормотала она. - Повязка? - покачала головой, - не знаю. Под гербовой-то накидкой не разглядишь.
Асмунд говорит: - Добрый вэчер, - раздался из-за спины гномки бас дворфа. - Развэдчики вэрнулись? А чего на ужин сэгодня?
Геллемар говорит: - Похлебка, - мрачно отозвался клирик, шевельнув носом. - Тьма, ну я же просил Дюмона никого к ней не пускать..
Шэй говорит: - Добрый, - повернулась, кивнула дворфу, потом задумчиво продолжила. - А под вечер вообще бардак начался.
Асмунд говорит: - С кэм? - уточнил дворф, поводя носом. - Эсли суп бэз никто, то я буду возмущенный, да.
Геллемар внезапно вскинул голову. - Кстати, а где Тиль? Шей, он с вами вернулся? И что началось?
Шэй говорит: - Отсыпается, - в голосе Шэй послышалась досада, - герой-любовник...
Геллемар резко растопырил уши, выражая сим крайнюю озадаченность.
Шэй говорит: - Мы далеко стояли, - качнула головой гномка, - сами не видели, знаем со слов той же капитанши.
Геллемар говорит: - Так что случилось?
Дана позагибала пальцы. - С полной луны - почти шесть дней.
Асмунд взял из стопки миску побольше и подошел к Хелене, дабы лично проверить наличие еды и ее соответствие дворфским понятиям о таковой
Helena Atwood говорит: - С олениной, - отозвалась Хелена, против обыкновения серьезная - навеяло мрачными разговорами.
Шэй говорит: - Бросился, мол, на нее сумасшедший плотник с топором, крикнув "Оборотень!". Добежать не успел, Петер ему того.. шею свернул, - мрачно сказала гномка, - голыми руками. Я вот думаю - непонятно, кого он зарубить пытался... они ж рядом совсем стояли, капитанша и Петер.
Асмунд говорит: - Олэнина - хорошо, - одобрил бородатый, протягивая посудину.
Шэй говорит: - А про плотника сказали, - совсем мрачно закончила гномка, - что новый он здесь. И что родом из Заречья.
Геллемар говорит: - Уверен, что про Петера никто ничего не знает. Уши могу дать на отсе... Что-о? Из Заречья? Дана... это как понимать? Местные на Сосну батрачить начали?
Дана ошеломленно сморгнула. - Как он выглядел, этот плотник? Его имя никто не назвал?
Шэй говорит: - А капитанша эта, - Шэй наморщилась, припоминая, - зареченских назвала.. еретиками, что ли? А, фанатиками. Мол, сами не оборотни, но остальных всех поголовно таковыми считают и убивают без долгих разговоров, - покосилась на Дану, - разглядеть не разглядела, носом в землю лежал. Назвали Олегом.
Асмунд подхватил полную до краев миску, уцепил кусок хлеба со стола и, устроившись в телеге рядышком, принялся работать ложкой
Геллемар вымученно оскалившись, потер лицо ладонью.
Дана говорит: решительно покачала головой. - Не было у нас никакого Олега. Ольга - есть, но я ее только сегодня видела. И никто, насколько я знаю, не подряжался в Сосну плотничать
Шэй говорит: - Назвала фанатиками, - повторила Шэй, - и обещала сама с этим делом разобраться, - устало откинулась назад, достала табак и трубку.
Геллемар говорит: - Ну, конечно... раз дело дошло до кокетства с Лодином, то не мудрено, что теперь она страстно жаждет разборок с... фанатиками. Этот козел, надеюсь, вас ни в чем не заподозрил?
Дана говорит: - И почему ты назвала Тиля любовником? - вставила Дана.
Геллемар говорит: - Дана... - в голосе клирика прорезалась укоризна. - Ну что ты такие вопросы задаешь...
Геллемар взглядом указал на Шэй, мол, может речь о гномке.
Дана слегка стушевалась. - О своем любовнике говорят не так. Не с досадой.
Шэй говорит: - Вроде нет, - покачала головой, - он больше на капитаншу смотрел... А влюбился Ясень, - с легким злорадством пояснила Шэй, - в капитаншу.
Асмунд говорит: - Он что, савсэм дурной? - дворф аж супом поперхнулся. - Нахрэн ему эта дура?
Геллемар раскрыл рот, проиллюстрировав собой выражение "уронил челюсть".
Геллемар говорит: - Ой-ой... - выдавил после паузы. - Как все плохо-то...
Шэй говорит: - Ну так, - Шэй очертила руками нефиговых размером полукружия.
Дана презрительно скривила рот. - Наверное, обмоталась тряпками под одеждой. И что, Тиль об этом ей заявил? При Лодине?
Шэй говорит: - Не то что прямым текстом... - Шэй вздохнула. Рассказывать не хотелось, но все равно ж потом наверняка всплывет.
Геллемар говорит: - Мне одному хочется накрыться простыней и поползти к жальнику? - уныло поинтересовался клирик у сосновых маковок.
Шэй говорит: - Драться он полез, - мрачно вздохнула гномка.
Геллемар вздохнул и со страдальческим видом огляделся в поисках простыни.
Дана говорит: Теперь настал черед Даны уронить челюсть. Она знала, каковы оборотни в драке и что может натворить удар нечеловеческой силы.
Геллемар говорит: - Тилю - голову отрубить, - сказал как констатировал. - И... да, то самое тоже. По очереди. Частями! Он поэтому отсыпается? Его изувечили?
Асмунд говорит: - Любовнык хэров, - подытожил вышесказанное дворф и вернулся к супу.
Шэй говорит: - Зато, - Шэй по привычке пыталась найти во всем хорошие стороны, - Петер нас точно ни в чем не заподозрил. Шпионы себя так не ведут, - нервно хихикнула. - Не изувечили, - покачала головой, - капитанша смилостивилась, отозвала своего.. поклонника. Но в чувствах Ясень более чем в расстроенных.
Геллемар внезапно вспомнил, что Лодин называл капитаншу Эльзой. Ну, теперь понятно, когда и при каких обстоятельствах этот кобель успел сиё узнать.
Дана говорит: - Жениться ему пора, - только и сказала охотница, мрачно поглядев в сторону дома, где герой приходил в себя.
Геллемар говорит: - Пусть радуется, что живым ушел. Правда, надолго ли, - это уже другой вопрос.
Геллемар говорит: - Итак, что мы имеем. Заражена капитанша или нет, мы так и не узнали. Хотя... хм. Дана? Неприличный вопрос можно?
Дана говорит: - Попробуй, - расправила плечи бортница. Вызывающе зыркнула на лекаря.
Геллемар говорит: - Проклятие передается половым путем? - "в лоб" осведомился эльф. Не до метафор было.
Дана говорит: - По полу? - не поняла Дана. То, что для южан было "не метафорой", показалось ей странным выражением.
Геллемар говорит: - Через промежность! - звонко рявкнул квельдорей.
Дана говорит: - Укус в промежность? - ужаснулась охотница, проявив живое воображение.
Геллемар дико глянул на бортницу, словно и в самом деле намереваясь укусить.
Асмунд говорит: - Половым - это как трыппэр, - пояснил дворф, облизывая ложку. - Когда трахаешься, то эсть.
Геллемар говорит: - Спасибо, Асмунд.
Асмунд говорит: - Нэзачто, дарагой, - невозмутимо ответил дворф и задумался по поводу брать ли добавки.
Дана говорит: - А-а, - кивнула Дана. - Так бы и сказал сразу, по-человечески: через сношение. Не знаю. Откуда мне?..
Геллемар говорит: - Ну, вдруг что слышала... - буркнул клирик, потирая лоб. - В общем, думается мне, что Лодин с Эльзой не цветочки нюхают. Если это заразно, то нам крышка. Святой Свет, не одно так другое..
Асмунд говорит: - А я тибэ сразу говорыл, надо хвостатому яйцо рэзать, - укорил ушастого Асмунд. - А ты - нэт, нэ надо, пищать будэт, уши рэжет...
Шэй говорит: - Если бы оно передавалось... половым путем, - неуверенно сказала гномка, - то все Холмы бы небось выли.
Геллемар говорит: - Шэй, если пробудешь здесь до следующего полнолуния, - тебе так точно покажется.
Шэй говорит: - Оно ж легче и куда безопаснее, чем кусать... Да еще и с такой рожей, как у Петера.
Асмунд говорит: - Трыппэр передается, но нэ вэсь Штормград трэзвээнык ходит, - резонно возразил бородатый.
Дана говорит: - Ты же медик, - буркнула Дана. - Кому, как не тебе, все знать о болезнях, простых и колдовских?
Геллемар говорит: - Лично мне уже кажется, что нормальных людей тут не осталось. Только в ставках Альянса... Пёс, ну не о всех же болезнях мне знать!
Шэй говорит: - Потому что больные не задаются целью перезаражать весь город, - парировала гномка.
Дана говорит: - Он и тебе понравился? - набросилась на Шэй охотница. - Смотри, осторожнее. Для этой твари ничего святого нет. Не посмотрит, что ты скальд, и на рост не посмотрит.
Шэй говорит: - Мне? - удивленно покосилась на охотницу, - что ты. Мало того, что ростом с каланчу, - так еще и говорит он.. неприятно.
Геллемар говорит: - Что он сказал?
Шэй говорит: - Да ничего особенно, - пожала плечами, с Картер миловался, с Тилем ругался... неприятно слова складывает, - безапелляционно заявила она.