Баграм

Предисловие. Ужасные воспоминания.

Бушующее пламя, Тень ночи, серебристые блики Луны, дым, всплески крови… Вот, что я видел во время нападения Короля Лича на наши поселения. Мой дом был посреди леса, но теперь его сравняли с землей, костями, пеплом и прахом тех, кто пали во время боя против Плети. От моей прежней жизни ничего не осталось. Тропа Мертвых будет служить вечным напоминанием о той кровавой бойне, которая разгорелась на землях Кель`Таласа…
Крики, стоны, плачь детей…

Часть I. Ночь живых мертвецов.

Я бежал… Сквозь едкий дым, который буквально разъедал глаза, сквозь него невозможно было даже дышать… Такой отвратный запах. Под ногами шелестели листья, ломались ветки, потом кости… Позади меня были слышны крики и стоны тех, кого армия Плети втаптывала в землю, рубила, убивала… Они уничтожали всех и всё на своём пути. Дети, женщины…
Весь день меня не было дома, я был с друзьями в Обители Странников, мы проходили подготовку, чтобы встать на защиту нашего Королевства. Рано утром я сложил клинки деревянные, лук и стрелы, и ушел в Обитель, перед этим проведя тренировочный бой с младшим братом, после чего попрощался с матерью и отцом, которые в саду проводили ритуал какой-то. День этот был совершено обычным, но как же я ошибался тогда… Это утро было последним, когда я видел свою семью. Всей группировкой мы тренировались и практиковались, пока солнце не зашло за горизонт наших лесов. Луна светила высоко в ночном и звездном небе, ветер шатал кроны деревьев и листву… Все было тихо…
Один из разведчиков заметил странное свечение ярко оранжевого цвета по направлению к границе Призрачных Земель. Все в Обители стали приглядываться к странному свечению, пока оно не началось разгораться и распространяться в бешеном темпе по направлению к Луносвету. Вскоре, были слышны крики, можно уже было разглядеть полыхающие языки пламени, которые разрастались с огромной скоростью по лесу… Все вышестоящие бойцы разом метнулись в Луносвет, а нас разослали по домам, чтобы мы с семьями сразу же бежали в укрытие в главном граде. Не медля, я тут же рванул через леса к своему дому, который находился прямо на пути у этой, разрушающей силы…
Панический страх охватывал меня, когда с каждым шагом я приближался к своему дому. Едкий дым становился все гуще, звук лязганья лат, стали, клинков были слышны по всей округе, но я продолжал бежать, задыхаясь от такой пробежки, да и дыма черного, как сама ночь. Сломя голову сбежав по склону, я нырнул в густые кусты, которые вели меня право к поляне моего дома. Кувыркнувшись по приземлению, перед моими глазами открылось безумное зрелище: толпа живых мертвецов, будто окутанная самой Тьмой окружила здание, которое было охвачено языками пламени. Лишь изредка были видны яркие вспышки, очень похожие на те, что использовали паладины в битвах. Я не мог пошевелиться, все что мне было подвластно на этот миг, так это лишь смотреть за этим и предполагать, что это не мой отец сражался с ордой живых мертвецов. Внезапно, основание и все стены здания обрушились, они попросту не выдержали натиска нежити, в этот миг, я будто проснулся и мигом рванул в сторону Луносвета. В голове я цеплялся лишь за одну мысль, за одну мою надежду, что они успели убежать до прихода Плети.
Вновь бешеная пробежка сквозь лес. Звуки хрустящих веток под моими ногами, возможно, привлекли внимание мертвецов, ибо, когда я оглядывался назад, пламя все больше и больше распространялось. Быстрее бежать я не мог, я перебирал ногами из последних сил, пока не выбежал на главную дорогу, ведущую к главному граду.
Толпы беженцев пробирались к городу, некоторые из них тащили на себе буквально все, что могли унести из своих домов, другие же были попросту в тряпичных робах с детьми на руках, которые плакали из-за шума и суматохи.
Сквозь этот поток нельзя было даже протиснуться внутрь, но можно было оглядеть со стороны. С бешеным взглядом я пробегал мимо всей этой толпы, глазами приблизительно выискивая свою семью, но их я не заметил. И вновь… Надежда на то, что они уже в граде. Мать, скорее всего, помогает пострадавшим, а отец с бойцами, в ряду которых был и мой брат, готовятся к грядущей битве.
Как же я ошибался…

Часть II. Жизнь до роковой ночи.

Детство моё проходило беззаботно. Я был весьма общительным, так что веселье с друзьями никогда не прекращались. Поиски приключений, вечные пробежки по лесам, постоянные передряги с остальными сверстниками, после которых у меня развилась реакция, так как постоянно получать по физиономии было не очень приятно. Одним словом, я был сплошным хулиганом.
Отец был у меня строгим, но он очень любил меня и брата, поэтому он отправил меня в Обитель Странников на обучение у местных рейнджеров. Я не был против, впрочем, как и мои друзья, с которыми я всегда и проводил свои беззаботные дни, а то и ночи, устраивая проделки в деревнях, да жителям мешая спокойно жить.
Шли дни, месяцы, года, навыки мои улучшались из-за постоянных тренировок. Также, развивалось и владение клинками, неважно какого рода: двуручные, одноручные, главное, чтобы было эффективно. Я предпочитал, конечно же, двуручные мечи, так как урон от них был весьма велик, если уметь правильно владеть ими. С раннего утра, до позднего вечера мы тренировались и практиковались. Настоящие клинки нам не давали, так как считали, что слишком юны для этого, поэтому приходилось нам практиковаться в спарринге на деревянных аналогах. Тогда, и только тогда, когда мы доказали, что мы способны будем владеть настоящим клинком, нам было позволено практиковаться с ними на деревянных манекенах, которые были плотно обмотаны тканями, а внутри набиты сеном и листьями.
Мне все занятие нравились, неважно, что я говорил на глазах у друзей. Я действительно ценил то терпение, те навыки и тот опыт, с которыми инструктора относились ко всему, что мы делаем. Они нас понимали, так как они когда-то были такими же как и мы, а мы в свою очередь, знали, что мы когда-то станем даже сильнее их, поэтому работали не покладая рук.

Часть III. Жизнь до роковой ночи (продолжение) Мой Брат.

Мой брат, был весьма скрытным, молчаливым и замкнутым эльфом, не смотря на его столь юный возраст. Днями напролет он был полностью погружен в отцовские книги, изучал их, делал какие-то записи в своем журнале. На предложения пойти развлечься, он лишь ставил ультиматум: тренировка или попусту потраченное время. Выбора у меня большого не было, пришлось даже показывать ему навыки и приемы, которым я сам недавно только обучился от инструкторов.
Мне казалось, что лишь во время тренировки, в нем на самом деле разгоралось пламя, в нем просыпался азарт некий и жажда битвы.
Отец очень ценил эту черту в моем брате, так как всегда наблюдал за нашими поединками из окна своей комнаты, где он постоянно работал. Мне сразу было понятно, что братишка пойдет по стопам отца, точнее, он уже шел по ним, когда пытался победить отца в тренировочном бою, пользуясь теми записями, которые он сделал из книг и журналов.
Вот тут-то и было смеху, когда отец сделал осечку, а братец воспользовался этим и выиграл у него. Мать долго смеялась, впрочем, как и я, а брат лишь с каменным лицом помог отцу встать. После этого, они действительно взялись за тренировки. Для его возраста, даже мне казалось, что отец его сильно гоняет, но братишка не жаловался. Он выполнял все указания и поручения отца, и в скором времени, даже у меня иногда складывались проблемы, когда я с ним лишь практиковался.

Часть IV. После всех страданий…

Яркая и серебристая Луна висит высоко в звездном небе над Луносветом, где лишь стражники нарушают покой характерным лязганьем лат. Два молодых эльфа сидят в пустой таверне. У обоих в руках бокал вина, а рядом с их столиком, возле стены стоят два клинка, очень похожие друг на друга, оба двуручные. Светловолосый эльф, после того как сделал очередной глоток вина, поставил бокал на стол и улыбнувшись сказал:
- Знаешь, отец и мать гордились бы нами, если бы видели, кем мы стали…
- Да, наверно… - монотонно проговорил темноволосый, отпивая вина из своего бокала.
После этих нескольких слов, оба эльфа просто остались сидеть в таверне, в самом углу помещения и спокойно распивать уже вторую бутыль вина.

Часть V. Новая жизнь.

Ночь. Ясное звездное небо. Центральная площадь Штормграда. Молодой эльф стоит, прислонившись к деревянной колонне здания, которая служила поддержкой для второго этажа дома. Лицо его было скрыто тенью тёмного капюшона, лишь один локон светлых, можно даже сказать белых, волос был виден из тени. По левую руку от эльфа, к той же колонне был прислонён его клеймор. С этого места, была видна вся центральная площадь, поэтому она так нравилась эльфу. Каждый день, вечер и ночь, наблюдать за латными солдатами стражи, которые носятся из угла в угол, издавая характерные лязганья лат и доспехов своих, делая вид, что они кого-то ищут и занимаются выполнением своих обязанностей. Многочисленные споры на площадях, разборки в темных переулках и аллеях, драки в тавернах и трактирах, убийства под покровом ночи… Все это было обыденной рутиной для жителей Штормграда. Люди бы прошли мимо, не оказав помощи, если бы трое избивали одного. Здесь царили другие порядки, другие законы, другие нравы и цели правили людьми.
Светловолосый эльф чуть поднимает голову, чтобы поглядеть на звезды, но тем самым открывает лунному свету пол лица. Несколько минут эльф стоял в таком положении глядя на звезды, что-то рисуя у себя в голове, вспоминая родной город, семью, друзей, как внезапно, по его щеке за многие годы пробежалась слеза, но тут же и исчезла из-за латной перчатки эльфа, которая просто стёрла её с бледного лица.
- Надоело мне всё…- внезапно зашевелились губы эльфа, издавая просто шипение, подобное гадюке, после чего, эльф сделал шаг вперед от колонны, левой рукой взял клеймор и «закинул» его в ножны за спину, – Пора собираться... – усмехнулся чуть, после чего не торопясь развернулся и направился в темный переулок, где силуэт его охватила Тьма.
Утро. Небо затянуто не то облаками, то ли тучами. Всё та же площадь, те же конфликты, споры и лязганья латников, всё тот же эльф. Из-за спины эльфа, раздаётся громкое лязганье лат, оно с каждым шагом становилось всё громче и громче, пока внезапно не остановилось прямо за спиной у него.
- Не надоело тебе всё время стоять на одном и том же месте? – усмехнувшись, спросил знакомый и родной голос.
- Надоело. Очень. Я хочу уехать, – оборачиваясь, светловолосый эльф монотонно и устало проговорил, будто спал весь день, стягивая с себя тёмный капюшон.
- Тогда уезжаем. Сегодня же. Хоть прямо сейчас. Только куда? – глядя на очередную кучу людей, столпившихся на центре площади, произнёс темноволосый, поправляя латные перчатки.
- На север. – тихо, мечтательно и словно облегченно проговорил Фис.
- На корабле. – усмехнулся и зашагал вперёд, по направлению к порту.
Первый эльф ничего не ответил, лишь кивнул, и поплёлся вслед за братом.

Часть VI. Сон.

Вот уже полтора года прошло, после приезда братьев в Янтарную Гряду Борейской Тундры. Новые союзники, которые были из их рода, из Детей Крови. Всё было бы замечательно, если бы не один человек, точнее, уже не человек, а Проклятый Павший Рыцарь. Махарис, так зовут этого Рыцаря Смерти… С первого взгляда на него, сразу было ясно, что он не из тех, кто любит переговоры или дискуссии. Вокруг него, словно была аура холода, мрака, смерти и гнили. Делом разума и логики было обходить такого стороной. Впервые, Светловолосый остался наедине с Махарисом, когда тот подошёл к нему на мосту, который был разрушен неизвестной для эльфа силой.
- Имп, только не начинай…- эльф проматывал фразу у себя в голове, прищурив глаза и глядя куда-то вдаль на огромную каменную глыбу.
Внезапно, Рыцарь развернулся и направился прочь от эльфа, только чтобы остановиться через пару шагов и предстать перед бледнокожей эльфийкой, которая ждала его у обломков камней, уже упав на колено. Не желая стать случайным «собеседником» разговора Махариса и незнакомой эльфийки, эльф побрёл в сторону поляны, обходя драконов, пока не дошёл до склона, который весь был засыпан каменными глыбами.
Ну и дела-а…-протянул последний слог эльф, делая глубокий вдох холодного северного воздуха.
В тот момент он не знал, что над его головой висит топор той самой бледнокожей эльфийки, но почему то, она не убила его сразу. Только когда Светловолосый услышал характерный звук лязганья лат друг об друга, он резко отскочил, на лету вытянув свой клеймор из ножен.
- Что тебе нужно, Гнилое Отродие?! – прокричал, сжимая рукоять своего клинка и озлобленным взором глядя на эльфийку.
- Нам нужен ты! – зловещий голос «прогремел» в ушах эльфа, после чего последовал ужасный смех.
Эльфийка, вдруг, резко разбежалась и нанесла удар ногой в грудь эльфа, от чего он пошатнулся и скатился со склона вниз на открытую, ровную местность, похожую на арену для битвы. Вокруг всё так же были глыбы камней, образуя что-то на подобии круга. Эльф не успел оглядеться, как с воздуха летела уже эльфийка, пытаясь отрубить своим топором голову ему.
- Ты не убежишь! – вновь прогремел тот страшный голос, принадлежавший Павшему Рыцарю. Он стоял на вершине склона и наблюдал за всем этим зрелищем, как его ученица пытается убить жалкое эльфийское отродие.
Моментально отпрыгнув в сторону, Светловолосый позволил эльфийке приземлиться, после чего нанёс удар рукоятью меча её по затылку. Бледнокожая свалилась на холодную землю, полностью потеряв сознание, но её топор по прежнему был сжать в «мертвой» хватке.
- Последние слова скажешь? – подойдя к телу эльфийки, прошипел эльф, «подвесив» остриё своего клеймора над шеей этой Бледнокожей Твари, которую уже нельзя было счесть за эльфийку, за сестру…
- Для тебя только, - гаркнул Рыцарь и моментально слетел вниз со склона, уже держа на готове свой массивный рунический клинок.
- Тчч… - вонзил острие своего клинка в шею эльфийки. Лезвие вошло без какого либо сопротивления, будто там и разрубать было нечего, лишь мягкая и гнилая плоть, затем хрусты и потрескивая костей.
- Ты умрешь! – разъяренно выкрикнул Рыцарь, делая рывок в сторону эльфа и всем своим массивным телом откидывая его от дохлой эльфийки в груду каменных глыб.
- Аарргхх! – проревел эльф, отлетая назад, а клинок свой оставляя в шее у эльфийки, – Проклятый мервтец! – прокричал длинноухий впечатываясь в одну из глыб, затем сделал глубокий вдох и рванул на Махариса, вытаскивая из ножен небольшой кинжал, который всегда был прикреплен на поясе за спиной. Направляя лезвие прямо в шею Отродию Плети , эльф намеривался все закончить одним ударом.
- Ты ничтожество! – опять прогремел ужасный и свирепый голос Смерти.
Латник приблизился к Махарису настолько, что можно было учуять его ледяное дыхание, как кинжал эльфа был просто вырван из рук, а сам эльф был вновь впечатан в ближайшую глыбу.
- Аккх! – эльф жадно глотал воздух. От такого удара трудно было восстановить быстро дыхание.
Сжав хлипкий клинок, изготовленный из стали, разрушил его без особых усилий, - Почувствуй, что такое Боль..! – прокричал Махарис, подняв клеймор эльфа над его головой и нанося глубокое ранение по левому плечу.
Из раны сразу же хлынула багровая кровь, как будто из ручья она вытекала из рваной раны, даже латы не спасли эльфа от такого сокрушительного удара мертвеца. Светловолосый от болевого шока просто проигнорировал слова Махариса после удара и упал на колени от боли. Отведя правую руку за спину, начал что-то шептать на таллассийском, будто отвлекая внимание Рыцаря от руки своей, в которую за спиной собирал небольшой шарик из Света, который брат научил делать.
- Дети Крови бьются до последнего! – эльф выкрикнул, невзирая на то, что Махарис ещё говорил что-то и метнул шар прямо ему в голову.
От неожиданности, Рыцарь не успел среагировать и получил прямое попадание в череп. Клинок эльфа, по-прежнему остался в хватке Рыцаря. Оглушенный, он сделал несколько шагов назад, тем временем, эльф собрался с силами, которые у него остались ещё, и бросился к телу убитой эльфийки, на лету вырывая из ее мертвой, в прямом смысле, хватки топор, который со стороны казался самым обычным топором, изготовленным эльфийскими кузнецами.
- На равных ты для меня не соперник! – проорал эльф, сплевывая после сгусток крови. Обхватив руками крепче рукоять топора, который начал буквально прожигать латы эльфийские, переходя постепенно на руки. Майтар рванул на Махариса, взмахивая новым орудием высоко в небо.
- Руби его…- послышался глухо голос или даже мысль глубоко в голове эльфа, как только он приблизился к Рыцарю Смерти.
В этот момент, в эти несколько ничтожных метров, перед глазами эльфа был не черный силуэт своего карателя, а силуэт Отца, который обучал его до последнего, и Матери, которая всегда умела согреть и упокоить пылкий темперамент юного эльфа. За несколько секунд, перед глазами Светловолосого промчалась вся его жизнь: друзья, обучения, тренировки, постоянные потасовки, первая любовь, сияние той ночи, какие-то непонятные, размытые и давно забытые лица, которые эльф и не вспомнил бы при обычных обстоятельствах. Лицо старшего брата – Катарота, было последним лицом в этой небольшой «прокрутке» жизни. Длинноухий закрыл глаза, когда уже до Черного рыцаря оставался шаг…
Противный звук удара железа о латы, далее о плоть, разрубая и рассекая ее. Бешеный рев. Глухой удар. Эльф отлетает в сторону, в очередную глыбу камней, которая и так еле держалась на утёсе. Черный Рыцарь остался стоять на своём месте, неподвижно, словно обелиск, который никогда не сдвинется, если сам этого не захочет. Прямо по центру его торса красовалась обильная и глубокая рана от топора, но кровь из нее не лилась, она будто застыла внутри и не желала покидать тело Рыцаря. Вдруг, Махарис зашагал к эльфу, земля под ногами Рыцаря так и гнила, будто таяла и разлагалась. Подойдя к избитому физически, так и морально, эльфу, который из последних сил пытался продержаться в сознании.
- Ничтожество как ты… Простой Смертный..! Посмел ранить меня?! - голос Махариса гремел в ушах эльфа, казалось, что сама Смерть с ним говорит своим холодным, ужасным, свирепым, но в то же время спокойным голосом, лишенных каких-либо эмоций. – Ты не воин Света, уже не воин..! Твое сердце отравлено ядом, который излечить не под силу никакому жрецу – Махарис со всей силы пнул эльфа в раненое плечо, принося ему, как можно больше боли и страданий. От толчка такой силы, глыба не выдержала и просто разрушилась на сотни кусков, падающих с утёса.
Светловолосый взвыл бы от боли, но просто не мог. Он слетел вниз по склону вместе с осколками глыбы, глядя в холодные, мертвые глаза Рыцаря Смерти, когда тот лишь смеялся и наблюдал за участью эльфа. Тело эльфа глухо ударилось об твердую и холодную землю Тундры, и тот мгновенно потерял сознание, в руке все еще сжимая топор, который он вырвал из лап эльфийки поверженной.

Часть. VII. Открытие разума или же его затмение..?

Осколки давно осыпались. Пыль уже давно осела вокруг тела эльфа, которое продолжало бездвижно валяться посреди камней. Изредка, грудь эльфа то поднималась, то опускалась, как и ноздри носа – расширялись и сужались. Больше никаких признаков жизни, если смотреть со стороны, эльф не подавал.
« Ты потерял надежду и веру!», «… занято Мраком», «Ничтожество!…» , «Нам нужен ты!», «…не воин Света», «…сердце отравлено ядом…», «Ты теперь наш…» - в голове эльфа постоянно крутились фразы, одни четко, другие же очень приглушено, но их значение было понятно. Вдруг, блик Света проскочил в разуме Майтара, через его же силуэт, но после, он и исчез так же быстро, как появился. Вновь Тьма и Мрак, вновь слова, фразы, крики…
Внезапно, глаза этого неподвижного тела широко открылись, но они уже не светились как ранее. Тусклый, мерцающий оттенок изумруда еле-еле был виден в его глазах. Эльф продолжал лежать посреди камней и осколков, глядя на небо, которое постепенно затягивалось серыми, мрачными и холодными тучами. Одна капля. Вторая. Третья. Ливень. Эльф начинает «выгребать» себя из обломков глыбы, медленно, очень медленно вставая на ноги. В мыслях Майтара лишь продолжают прокручиваться моменты из схватки. Оглянувшись вокруг, эльф никого не обнаружил, кроме как обломков камней, и топора, который по прежнему был сжат в хватке эльфа, будто сплавлен был воедино с рукой Длинноухого.
Медленно сделав шаг, затем второй, третий… Майтар, промокший от дождя и замерзший от леденящего кости ветра, начал идти вперед, выходя через какое-то время на каменистую дорогу, которая вела неизвестно куда. Держась за плечо, из которого всё ещё падали на мерзлую землю капельки телесной жидкости, эльф идёт вперед, глядя всё время вперёд, на конец тропы, который был лишь иллюзией вдалеке, ведь больше не на что было глядеть в этой заброшенной местности.
Сияние в глазах его постепенно угасало, с каждым шагом теряя свой изумрудный блеск и заменяя его на черную пелену, которая начинала закрывать белок глаза Син`Дорея. Мысли эльфа были лишь о том, как бы найти Махариса и закончить то, что они начали. Эта единственная мысль заставляла эльфа идти вперед, заставляя тело делать шаг за шагом и продвигаться вперед по ледяной Тундре. Или же это были не мысли, что направляли эльфа..? Скребясь лезвием о каменистую дорогу, топор, все еще находясь в хватке эльфа, тащился за ним словно его питомец. А может наоборот…

Часть VIII. И все заново кончается.

Трупы мурлоков или подобных им существ украшали заснеженную дорогу, по которой брел эльф уже не первый и не второй час, а то и день. Лужи крови стекали по снегу от каждого существа с жабрамы, токнкие линии крови стекались в одну побольше, а те свивались в еще большую струю, образуя словно реку на снегу. У кого-то не было головы, у кого-то вспорот живот, а кишки были разбросаны вокруг тела, у одних тело было разделено на две части поперечны разрезом, позволяя увидеть все органы, кишки, мозг. Других же нельзя было даже распознать, ибо на их теле даже не осталось места, которое могла указать на то, что они ранее были живыми существами.
- Махари-и-ис..! – с нотами бешенства, злобы и гнева прошипел эльф, глядя на темный силуэт Рыцаря Смерти, который впереди рубил непонятных существ, похожих на мурлоков, окруживших его.
Замах влево – отлетает чья-то голова со всплесками крови, замах вправо – чьи-то конечности вылетают из толпы. Свирепый Рыцарь Смерти продолжал рубить всех, кого видел, при этом выкрикивая изредка нецензурную лексику, мягко говоря.
- Эй! Ублюдок! – уже выкрикнул эльф, подходя медленно но стремительно к Рыцарю, который рубил последних трех существ пополам, а рукоять топора сжимая еще крепче, чем когда-либо.
Рыцарь Смерти в бешенстве разъяренно завыл на округу, услышав выкрик Майтара, после чего не задумываясь, рванул без замедления на ушастого.
Встретив клинок Махариса лезвием своего топора, оба соперника скрестили свои орудия, но у бывшего паладина сил было гораздо меньше, чем у Рыцаря Смерти, поэтому его и откинули с легкостью, без особых усилий. Как кусок мяса, эльф Ушастый отлетел назад, благо сумел равновесие удержать и устоять на ногах.
- Тебе стоило просто исчезнуть и не появляться больше перед моими глазами! Но теперь тебя ждет участь хуже Смерти! – бешено рычал Нечестивец, срывая с себя латный шлем. Гниющая бледная кожа, заостренные черты лица из-за того, что кости черепа просто выпирали, а кожа была будто натянута просто. Ротовая полость так и пахла гнилью, глаза же сияли ярко-синим свечением. Противное зрелище, даже для Плети.
- У нас есть одно дело не законченное, - усмехнулся эльф, гаркнув на Махариса, после чего сам уже рванул на него, пытаясь рубануть того вновь по грудной клетке, где рана, нанесенная ранее, была уже лишь шрамом, красовавшимся в проломленном латном нагруднике.
Латник Смерти принял удар даже не пошатнувшись, но на этот раз кровь разом хлынула из его груди. Схватив Майтара за грудак, Нечестивый просто швырнул его в гору трупов горлоков, которых он ранее резал.
С противным всплеском, Длинноухий влетел прямо в центр этой кучи, латам своими ломая и дробя кости, раздавливая кишки, мускулы и прочие органы мурлокоподобных существ. От тяжести своих же доспехов, эльф буквально «тонул» в этой мерзкой каше из останков.
- Отбросам место вместе с отбросами! – выкрикнул Темный Латник подходя ближе к месту падения Ушастого.
Через какое-то время, вся эта гора стала слегка двигаться, были слышны приглушенные крики эльфа. С каждой попыткой вылезти из этой «клетки» гора все больше и больше стала распадаться, трупы слетали один за другим, падая у ног Махариса.
- Да почему же ты просто не умрешь?! – взбесился тот и рубанул летящий прямо на него кусок мяса еще раз пополам.
Скидывая с себя последние останки красной каши, эльф вырвался наружу с диким криком, после чего упал на на колени и начал глотать свежий и холодный Северный воздух. Майтар тяжело вздохнул и что-то про себя пробурчал, на лице появилась легкая ухмылка. Сжимая крепче клинок в руке, Длинноухий поднялся с колен и злобно глянул на Махариса, при этом оскаливаясь как дикое животное.
- Ты покойник, - шепнул эльф, стремительно рванул с места на своего противника, в руке при этом, держа горсть каких-то внутренних органов, которые кинул в лицо Махарису при приближении к нему. Далее, замах топора и противный лязг железа о латы, затем всплеск крови…
Махарис глянул на свою левую руку, в которой обычно держал клинок свой в мертвой хватке. Сейчас же она болталась лишь на нескольких тканях и мышцах. Глаза его моментально залились гневом, злобой, ненавистью, создавалось впечатление, что он и одной рукой сможет разнести эльфа в клочья. Начертив правой рукой какой-то символ, Рыцарь сжал его в своей хватке, после чего из земли начали вырываться тысячи темно-красных, плотных нитей, то ли это были щупальца, пронзая плоть его насквозь, проникая вглубь его органов, мышц, тем самым на глазах у эльфа восстанавливая его разрезанную руку.
- До этого момента, я с тобой лишь игрался, но теперь… Теперь же… - с уст Махариса вырвался злобный, противный и звонкий издевательский смех, который не обещал ничего хорошего. В правой руке Смертника, начал образовываться Шар из какого-то едкого и зеленого дыма, моментами, даже можно было увидеть очертания черепа, - Тебе конец. – коротко и емко произнеся эти два слова, Рыцарь Смерти замахнулся и метнул со всей силы этот шар прямо в Майтара, ухмыляясь тому, что столько времени пришлось потратить на простого смертного.
- Тчч..! – схватился за продолговатую рукоять топора обеими руками, выставив лезвие как-то на подобии щита. Сил, чтобы отпрыгнуть в сторону или увернуться уже не хватало, эльф все делал будто по инерции, не думая о следующем шаге. Как только этот летящий Череп Нечестивости соприкоснулся с лезвием топора - тело Длинноухого, словно манекен для тренировок взмыло над землей. Едкое облако зеленого и ядовитого смога окутало его с ног до головы, образуя некую линию траектории по которой можно было выследить, откуда эльф улетел. Земля, а точнее глыбы камней приближались все ближе и ближе, все быстрее и быстрее, пока тело Светловолосого не обрушилось на эти «иглы» каменные, разрушая все их в дребезги и осколки.
- Мразь, - сплюнул Махарис, клинок свой закинув за спину и начиная медленно шагать в то направление, куда ранее шел, лишь кровавые следы на снегу от его латных ботфортов могли выдать то направление, в которое тот ушел.

Часть IX. Отравление.

- Эй! Эй! – выкрикивал какой-то человечишка в латах, ударяя ладонью эльфа, лежащего среди груды камней, тем самым пытаясь его в сознание привести. – Да очнись же ты, хиляк дохлый!
Медленно, вяло и обессилено Длинноухий начал мотать головой и что-то начинать мычать, пытаясь глаза свои открыть, по которым уже нельзя было понять, Син`Дорей он или Квель`Дорей. Только латы, кованные его собратьями дали понять вояке блуждающему, что тот был воином Света, а не какой-то жертвой жестокой судьбы. На тот момент, вояка даже не подозревал, что кроется в душе этого «воина Света.
- Твою же, - попытался поднять эльфа, но на первый раз не рассчитал его веса и практически перекинул через себя, - Хорошая диета, парень! – усмехнулся зрелый мужчина, придерживая эльфа, после чего кое-как доволок его до своей лошади и взгромоздил на нее.
Майтар продолжал нести несвязную чушь, слова водились в голове, но язык не хотел говорить.
- Эхх… И что же ты один здесь делал, - вздохнул вояка, глянув на топор, который по прежнему был сжат в мертвой хватке, после чего попытался его забрать, дабы эльфу было легче, но в ответ получил лишь злобный оскал и шипенье, - Ладно, ладно, - поднял руки вверх перед длинноухим, - Не трогаю я его. Знаешь, а тебе крупно повезло, что я оказался рядом, так бы тебя тут сожрал кто-то, - усмехнулся человечишка, дергая коня за поводья, как тот сразу же помчался по каменистой дороге куда-то вдаль.
Каменистая, извилистая дорога местами переплеталась и преобразовывалась в заснеженную, где никак нельзя было быстро промчаться на скакуне, приходилось замедляться и медленно продвигаться по этой мерзлой корке, пока холодный северный ветер буквально «резал» любую открытую часть тела. Час, другой, третий… Часы перерастались в дни. Конь еле-еле волок ногами по заснеженной пустыне, где вокруг виднелись остатки драконьих костей, черепов, когтей… И не даром, ведь уже виднелась высокая башня, которая именовалась как Храм Драконьего Покоя. Весь путь, эльф болтался на лошади, будучи привязанным, дабы не слететь, лишь иногда открывая глаза, чтобы оглядеться мельком, да промямлить что-то непонятное и вновь потерять сознание.
- Еще час-другой, - выкрикнул человечишка, надеясь, что эльф его слышит, но увы, эльф болтался как моток тряпок, не подавая признаков жизни, хотя иногда он болтал с кем-то во сне, но с кем...? После этого, вояка потянул поводья коня, поворачивая того в обходной путь Башни и направляя своего верного скакуна дальше.
И вновь долгий и изнурительный путь на восток, по крайней мере для коня, который и так уже большую часть дня галопом несся средь пурги, да снега, при этом на себе терпя двух латников, чей вес тоже давал о себе знать.
- Эй! Э-э-эй! – человечишка начал хлопать эльфа вновь по лицу, когда тот уже сидел где-то на полу, прислоненный к массивной и холодной стене.
Ушастый начал махать руками, пытаясь убрать назойливого человечишку, при этом еще бормоча что-то, - Уй…и… Отв…ли… - а после вновь уходя в бессознательное состояние.
- Теперь я сожалею, что тебя подобрал… Святоша мне, - вздохнул человек и нагнувшись, взял ведро с водой и плеснул эльфу в лицо.
- Аа! – в неком шоке эльф пришел в себя и даже подпрыгнул на месте чуть, вода-то была ледяная. – Мразь, ты что творишь? – попытался встать на ноги, чтобы схватить человека, но практически упал обратно на пол, благо стена была под спиной и поддерживала эту тушу.
- Мразь? Значит вот так теперь, паладины благодарят своих спасителей, - с презрением глянул человек на ушастого, после чего хмыкнул.
- Я… - сделал шаг вперед и выпрямился во весь рост, было слышно, как хрустят кости в его теле, - просил того, чтобы меня спасали? Ты сделал выбор сам, чтобы спасти меня.
- Хах! Нет, ну ты даешь, паренек! Имя то, какое у тебя? – присел вояка напротив эльфа, протягивая ему буханку какую-то.
- А тебе какое дело… - внезапно прервался эльф и начал судорожно оглядывать просторный зал.
- Потерял что-то? – усмехнулся вояка, поднимаясь с пола и глядя на растерянное лицо эльфаса.
- Где он?! – в бешенстве выкрикнул эльф, схватив человека бороду.
- Ай-й! – начал своими ручищами бить эльфа по голове, но это не произвело никакого эффекта на него, - Твою же-е..! Отпусти! Он закреплен на лошади, на улице!
- Тчч… - цокнул эльф языком и сразу же откинул человека на пяту точку, после чего раздраженно и поспешно направился прочь, вниз по лестнице и наконец-таки на улицу.
Выйдя на улицу, Майтара ослепил яркий блик солнца смешанный со снегом. Сразу же закрывшись рукой, Длинноухий медленно привыкал к этой вспышке, пытаясь понять, где он. Лязганья лат повсюду, крики, ржание лошадей, стрельба…
- Ты в Крепости Стражей, эльф, - подошел сзади человечишка, поглаживая свою растрепанную бороду. – Оплот людей в Драконьем Погосте.
- Но, я же был в Борейской… - Как долго мы ехали? – гаркнул, словно какой-то начальник на человека.
- Два дня и еще четверть, - усмехнулся вновь человек, вытягивая из подсумка своего флягу со спиртным, да сразу же откупорив ее, пригубил.
- Махарис-с… - эльф прошипел имя, глядя на небо, а потом по сторонам. – Мне нужен конь.
- Конь?! – засмеялся человек, чуть не подавившись напитком, - Паренек, не смеши меня! Ты никто тут и еще коня требуешь, даже имени не назвал своего! Да и еще о каком-то Махарисе бредишь! Может это твое имя? А?
- Стоило ожидать, - сразу же проговорил Майтар, после чего направился к конюшне, где и был тот самый конь Бородача.
Игнорируя взгляды прочих латников, он стремительно направлялся к коню, с которого постепенно стягивали доспехи, да сумки и топор. Расталкивая всех рабочих, эльфа просто вырвал свой топор и на несколько минут застыл, не двигаясь и еле дыша, оглядывая рукоять и очертания лезвия топора. «Убирайся отсюда…» вновь закралась в голову мысль, будто даже и не принадлежавшая эльфу.
- И что ты делать собрался? – вновь со спины подошел Бородач и положил руку на плечо эльфа, - Сбежать собрался?
- Руку убери, - прошипел эльф даже не своим голосом, который был полный гнева и ненависти.
- Убавь жар, ты тут никто, ясно? Хоть ты и паладин, но ты здесь лишь жалкий рядовой, понятно, Салага?! – вояка уже перешел на крик, тыкая эльфа в грудь пальцем.
- Я сказал, руки убери! – выкрикнул на всю округу эльф, после чего оттолкнул человека, который явно был офицером местным, затем запрыгнул на коня, который был уже в полной боевой готовности, и дернул за поводья одной рукой, а во второй держа топор. Конь тут же рванул вперед, направляясь к выходу из Крепости.
- Мразь! – латник поспешно поднялся с земли и начал орать на всю округу бешеным голосом, - Эта бледнокожая сука моя! Дайте мне оружие и щит! – Бородач сразу же вывел коня из стойла, да запрыгнул на него. К этому времени ему уже принесли щит с гравировкой и меч, который закрепили на скакуне, - Эта тварь эльфийская сдохнет в моих ногах! – дернул за поводья и направил коня к вратам Крепости.
Как только конь латника достиг ворот, он сразу же увидел отдаленный силуэт эльфа, который стремительно исчезал за горой. – Эльфийское отродие! Ты все равно не уйдешь от самого быстрого коня гвардии! – сильно начал дергать поводья скакуна, буквально полосуя его из-за гнева, отчего бедный конь мчался на всех парах вдогонку за эльфом.
- Капитану нужна помощь? – один рядовой поинтересовался у второго, глядя, как их предводитель выскакивает за ворота.
- Ему? – усмехнулся второй, продолжая стаскивать с коня какого-то доспехи, - Он эту сучку эльфийскую разделает одним ударом, - залился звонким хохотом рядовой, а к нему и остальные присоединились, то и дело подшучивая еще в добавок к ранее сказанному.
- Но все же… - тихо себе промямлил новичок, вглядываясь вдаль, где лишь смутные силуэты уже были видны.
Оба всадника стремительно приближались к границе Драконьего Погоста и Зул`Драка, где огромная лестница, сооруженная и высеченная из камня разделяла две территории. Гвардеец за секунду преодолевал на своем скакуне расстояние, которое эльф пробегал за три. Через несколько минут, Бородач нагнал Длинноухого прямо у начала лестницы, так как конь эльфа просто не в состоянии был больше бежать, да тем более по лестнице.
- Вот и попалось, отродие эльфийское, как крыса, загнанная в угол! Ты здесь и умрешь! Твоя кровь украсит первые ступеньки этой гребаной лестницы! – спрыгнув со своего коня, гвардеец тут же вытащил клинок, а во вторую руку взял щит, - Готов, мразь?! – проорал он вновь, клинком «проводя» по своему горлу, будто указывая, что голова эльфа будет украшать одну из стен в офицерской.
- Тчч… - спрыгнув с седла, эльф сплюнул на землю, после чего топором просто так рубанул коня по шее. Тот даже не успел визгнуть, как его ноги подкосились, и он уже стремительно приближался мордой к земле. Лезвие было покрыто в багровой телесной жидкости, капли которой медленно стекали на заснеженную слегка дорогу. Одна капля упала, эльф сделал шаг, вторая – шаг, третья – еще один шаг, четвертая и он остановился.
- Ты закончишь, так же как и этот конь! – рассмеялся латник и тут же рванул на эльфа, чуть прижав левую руку к груди, ибо держал в ней щит, а правой, в которой держал свой клинок, уже начал замахиваться. План гвардейца был неимоверно прост и глуп - сразу же по приближению к эльфу рубануть его со всей силы по грудине, чтобы закончить все одним ударом.
Яростный крик раздался, как только гвардеец подбежал к Длинноухому отродию, но тот по прежнему стоял на месте, даже не дергаясь. Пристальный взор эльфа был направлен лишь в глаза бегущему и кричащему на всю округу матерые слова гвардейцу. Человек был уже в шаге от своей «жертвы», замах клинка, его падение, удар, звонкий звук разлетелся эхом повсюду. В мгновение ока, эльф успел парировать первый удар человечишки, произведя лишь замах топором, предварительно ногу чуть назад выставив для опоры.
- Это все, на что ты способен? – монотонно, тихо, и без каких-либо эмоций, будто шипя, проговорил эльф. Глаза его стали покрываться и затягиваться темной пеленой, которая стремительно «пожирала» глазное яблоко. Будто тонкие ветки какого-то древа, эти линии темной пелены тянулись все ближе и ближе к зрачку, переплетаясь друг с другом, образуя еще большее ветви.
- Я только начал, выродок! – выкрикнул гвардеец и усмехнулся, после чего отпихнул эльфа от себя щитом и попытался им же врезать по голове эльфу.
Майтар не сопротивлялся и был с легкостью отброшен чуть назад на пару шагов. Щит латника же, просто воздух ударил, так как Бледнокожий сделал два шага назад, после чего сразу же замахнулся топором и нанес резкий вертикальный удар по торсу человечишки, пытаясь вскрыть его одним ударом.
- Су-у-к-ка-а! – прорычал Бородач, всеми силами выдерживая удар эльфаса, благо щиту, удар эльфа был блокирован, но напор и мощность от его топора была куда сильнее, чем у обычного эльфа, поэтому и оставила глубокую трещину и вмятину прямо по центру щита.
- Еще одного удара твой хлипкий лист железа не выдержит, - усмехнулся Майтар, сделав полшага назад.
- Верно! Так как у тебя не будет шанса нанести еще удар! – вслепую практически «резанул» гвардеец по эльфу, надеясь отрубить ему голову, ну или хотя бы перерезать глотку, чтобы он дольше мучился.
Удар прошелся прямо по торсу эльфа, оставляя горизонтальный разрез на груди, из которого хлестнула багровая телесная жидкость, окрашивая клинок, щит, да и латы гвардейца в такой же оттенок. Даже белый снег принял этот окрас. Майтар не слабо пошатнулся, глядя на землю, где под ногами красовалась небольшая лужа крови, но почем-то больше не становилась. Кровь продолжала сочиться из раны, но не так обильно, как должна бы. Будто смола, она будто застывшая стекала по нагруднику эльфа. Перекинув взгляд с земли на паршивое лицо человека, эльф злобно оскалился и с его уст сорвался звериный рык, глаза же его были затянуты той самой черной пеленой. Сжимая крепче рукоять топора, Бледнокожий резко взмыл свой топор ввысь, после чего со звериной дикостью, рассекая даже воздух ледяной, обрушил его на жалкого человека, который уже выставил щит и клинок, таким образом, пытаясь защитить себя. Лезвие топора буквально рассекло щит, проломив его, словно это было дерево, тем самым на две части его раскалывая. Одна часть просто упала перед ногами Бородача, а вторая осталась у него в дрожащих руках.
- Ты не эльф! Ты выродок какой-то! – дрожащим голосом орал человек, практически срывая свои голосовые связки. Метнув остатки щита в сторону, гвардеец перехватил свой клинок в обе руки и попытался повторить тот же прием, что и эльф.
-Я же «Воин Света»… - усмехнулся Майтар, после чего просто ударом ноги отпихнул паршивца от себя, затем, сделав шаг вперед, рубанул вновь человечишку по торсу. Действия и движения эльфа были столь однообразны и похожи друг на друга, что могло казаться, что все эти движения были просто вписаны в его память, а он их лишь выполнял поочередно, словно марионетка какая-то.
-Нет, нет, не-е-ет! – от страха за свою никчемную жизнь, гвардеец упал на колени и выставил клинок перед топором эльфа, дабы хоть на какую-то долю секунды защитить себя.
Хлипкий, как оказалось, клинок гвардейца «взорвался» на дребезги, как только лезвие топора прикоснулось к нему. В руке Бородача осталась лишь рукоять и какой-то небольшой осколок клинка, который был обрублен, почти что под самый «корень».
- Хочешь жить? – монотонно спросил Майтар без каких-либо эмоций вновь, будто и вправду был каким-то безмозглым трупом, а не эльфом.
Стоя на коленях на холодной и мерзлой земле, человечишка прикусил губу свою нижнюю до крови, опустил голову и начал еле-еле кивать, понимая, что Жизнь ему дороже, чем какие-либо «героические» выкрики.
- А я думал, что псы Альянса сражаются до последнего, - злобная ухмылка появилась на устах эльфа, глаза его наполнились какой-то маниакальностью и злобой, хоть и черная пелена уже полностью затянула его зрачки.
Выпустив из рук рукоять топора, тот же упал у ног эльфа, весь покрытый странным и бледным свечением. Схватив человека сразу же за голову, буквально содрал с него шлем и кинул куда-то в сторону. Далее, начал сжимать его череп руками, завернутыми в латные перчатки, а большими пальцами надавливать на его глазницы, вдавливая его глаза внутрь, тем самым, наслаждаясь криками этого высокомерного гвардейца. Из глазниц начала вытекать ручьем кровь, смешанная с глазной жидкостью. Надавливая все больше и больше на остатки глаз, если они там вообще были, Длинноухий почувствовал, как его пальцы прорвались во что-то мягкое. Крики продолжались не долго, лишь на тот момент, пока глаза были целы, а потом… Потом уже и кричать было не кому. Тело человека обмякло, осело и потеряло всяческое движение. Лицо было полностью украшенное багровой жидкость- кровью – которая почему-то так стала привлекать бывшего паладина.
- Почему же ты больше не кричишь? Где твоя ярость и пылкий нрав? – продолжал тихо и монотонно бормотать Майтар, ковыряясь в глазницах еще и медленно вытаскивая оттуда свои пальцы. Схватив за волосы черепушку хумми, эльф второй рукой схватил бывшего офицера гвардии и буквально вырвал ему всю челюсть, оставляя лишь лужу крови на снегу и на своих доспехах.
- Еще меня мразью называл, - вновь пробубнил Бледнокожий, после чего выпустил черепушку, если это так можно было еще назвать, человека из своих рук и позволил обездвиженному куску мяса упасть на холодную землю, где кровь уже залила все.
Наклонившись, чтобы взять свой топор в руки, эльф даже не заметил то странное и бледное сияние, которое исходило от лезвия. Вновь крепко сжав рукоять, Майтар направился медленно по огромной каменной лестнице наверх, топор за собой волоча.

Часть X. «Вот куда меня тянуло…»

Темные Леса, гнилая почва, толпы ходящих трупов, тысячи трупов, валяющихся на земле… Это лишь одни из сотни факторов, которые делают Зул`Драк таким милым местом для обитания Нежити, Плети и прочих сущностей, которые относятся к категории «ходячих мертвецов» или же «зомби». Повсюду были остатки от каких-то каменных сооружений, которые были построены местными троллями Дракуру, которые походили как раз на ходячих мертвецов. Запах гнили, Смерти, разложения останков… И повсюду Тьма и Мрак.
Несколько ступеней отделяло эльфа от верхушки лестницы. Три. Две. Последняя… С противным и раздражающим скрипом заржавевших лат от дождя, крови, в добавок еще и холод сыграл свою роль на этих пластинах, Бледнокожий эльф поднялся на самый верх каменной лестницы, но то что он увидел после, было бы противно даже огру, но Майтару или уже это был не Майтар? Длинноухому было плевать на вид сотни расчлененных останков троллей, которые валялись горами и кучами в вперемешку с людскими. «Дивный аромат» заполнял этот мрачный лес, который так и можно было назвать Гниющим Болотом. Выбора большого не было, либо каким-то образом идти среди трупов, переползая горы мяса, кишок и прочих внутренностей, либо же идти по темному лесу, по территории, где из-за каждого дерева могло выскочить Чудище Поганое. Эльф, естественно, свернул влево, уходя в глубокую чащу леса, на себе волоча ржавые и скрипящие латы, которые будто развалились бы в любой момент, а в руке все еще держа этот Проклятый топор, который начинал все ярче светить, как только эльф делал шаг вглубь леса.
Кромешная Тьма, тишина, даже дуновения ветра отсутствует, ни шелеста листьев, лишь звук лязганья и скрипа лат доносился с области, где десятки восставших мумий гнались за эльфом.
Рассекая плоть, вспарывая животы, разнося черепные коробки в хлам на множество осколков, эльф продвигались все глубже в чащу леса, где становилось все темнее и темнее, будто какое-то черное облако или некая сущность поглощала весь свет, которого и так было крайне мало в этом Болоте, нежели лесу. Все его движения были основаны лишь на одном инстинкте – убить, а после идти дальше. Словно кукла, в руках кукловода, эльф рубил все, что видел. Глаза его были полузакрытыми, кожа приобрела бледный окрас, напоминая, будто кожу усопшего, но эльф был на ногах и продолжал продвигаться вперед, словно его тянула какая-то сила, дергая все время за «поводок».
Тела клыкастых тварей, завернутых в лохмотья какие-то, образовывали словно тропу, по которой можно было выследить того, кто всех их расчленил, обезглавил и выпустил их кишки наружу. Гниющая почва, вскоре сменилась на заснеженную и обледеневшую землю, где никаких следов вторжения Нежити не было заметно. Где-то вдали, можно было различить какое-то сооружение, что-то вроде оплота с черно-синеватым гербом, который напоминал огромный клинок, лезвие которого было покрыто странными надписями и символами и воткнуто в землю. Этот оплот был окружен костяным забором и обнесен тяжелыми цепями, которые сдерживали этот забор на месте. В глазах эльфа лишь было странное синеватое и мрачное свечение, которое исходило от каждого герба этого сооружения, тело Бледнокожего само двигалось к свечению, ноги несли всю массу, руки тащили топор, а голова была лишь для украшения.
Медленно и шатаясь из стороны в сторону, эльф, словно безмозглое существо подходил ближе и ближе к оплоту, где уже были слышны чьи-то голоса, отдающееся зловещим эхом по округе, так же лязганье лат, бормотание и рыки вурдалаков и гулей. Подойдя практически к самому входу, эльф просто рухнул на колени, руками о топор упираясь. Скрип лат эльфа мгновенно привлек внимание каждого, кто находился в этом оплоте.
- Убить постороннего! – раздался злобный крик из оплота, разносясь эхом в ушах Бледнокожего.
Тут же из оплота, словно бешеные псы, спущенные с цепи, да с пеною рта, вырвались несколько стражей в темный латах, а за ними и рой вурдалаков, каждый из которых так и хотел вонзить свои искривленные когти в плоть Длинноухого.
- Все замерли на месте! – отдал приказ Седовласый старик, весь закованный в доспехи из непонятного материала, который не напоминал ни латы, не кольчугу. За его спиной был расположен массивный клинок, так же покрытый рунами, как и герб.
Все, кто выбежал из оплота, сразу же по приказу остановились. Клинки двух стражей, чуть касались шеи и груди Бледнокожего, а вурдалаки просто упали на землю, закрывшись своими изуродованными лапами и начали дрожать. Вновь настала гробовая тишина, все начали медленно расходиться, когда Седовласый начал подходить ближе к эльфу. Шлема на нем не было, поэтому можно было разглядеть в его глазах синеватое сияние, которое буквально пульсировало, если смотреть прямиком в глаза этому человеку. Подойдя вплотную к эльфу, старик начал разглядывать топор, который был крепко сжат в бледных и холодных руках Длинноухого.
- Откуда этот топор у тебя? – монотонно и без каких-либо эмоций проговорил человек, но казалось, что если не дашь ответа сразу, то тебя сотрут с лица Азерота в считанные секунды.
- Вырвал его из рук какой-то бледнокожей эльфийки, - чуть подняв голову и глядя прямо в глаза своему Судье, отвечая будто автоматически.
- Она уже была мертва или ты ее убил? – с интересом уже спросил Седовласый, схватив топор и просто вырвав тот из рук эльфа.
- Я вонзил ей в горло свой клинок, - вновь ответил, словно был в трансе каком-то.
- Интересно, - Седовласый старик махнул рукой и к нему сразу же подбежал какой-то орк, протягивая руки. Вложив топор в руки этому орку, Старик чуть усмехнулся и оглядел израненного, испачканного всего в засохшей крови эльфа, глаза которого были покрыты черной пеленой, а затем приложил руку свою к его черепушке. – Очень интересно.
В глазах эльфа начало все кружиться, а взор стал мутнеть, словно его кто-то заставлял отключаться. Все буквально поплыло, земли, будто не было. Бледнокожий стремительно полетел мордой вперед к земле, и с глухим ударом о землю мгновенно потерял сознание. Единственная мысль, которая мелькнула в голове эльфа была : «Так вот куда меня тянуло…».
- Унесите его прочь, здесь он будет просто мешать нам под ногами, - махнул вновь рукой, после чего развернулся резко, и направился внутрь оплота, лишь плащ его развивался на ветру, будто пытаясь «догнать» своего хозяина, - Простой Смертный же, но так интересен.
Два орка сразу же подняли Длинноухого за руки и за ноги, затем понесли его в оплот . Толпа вурдалаков поднялась с земли и тоже ринулась внутрь, скрывая обоих орков.

Часть XI. Прибытие.

Из деревянного гроба, который был заколочен и оставлен где-то в тесной комнатушке в самом углу, среди прочих гробов, вдруг раздалось мычание, потом уже удары, а в конце и крики.
- Выпустите меня! Всех порешу! Насажу на кол! – приглушенные крики доносились все громче и громче из деревянной тюрьмы.
Вдруг, с «той стороны» послышался звук ударов лат о каменный пол, затем громкое лязганье лат, которое все ближе и ближе приближалось.
- Выпусти меня! – вновь выкрикнул Бледнокожий запертый в дереве, после чего со всей силы, которая у него была на тот момент, долбанул по деревянному каркасу рукой, тем самым проломав его. Высунув руку, пытался кого-то схватить или цапнуть, непонятно даже зачем. Несколько секунд с «той стороны» не было никакой реакции, а после последовал сильным удар латной перчаткой.
- Не орать и руки не высовывать! – проорал голос, эхом ударяясь о барабанные перепонки эльфа.
Втянув руку в свою камеру Тьмы, Бледнокожий глянул одним глазом в дыру, которую проломил, пытаясь разглядеть кому же принадлежал голос на «той стороне».
- Говорил же я, «делайте гробы из металла, они не выламываются сами по себе таким образом», но не-е-ет, затра-а-аты, - продолжала бурчать чья-то фигура, копаясь в каком-то ящике, гремя инструментами вроде, а может и клинками какими-то.
Внезапно, перед дырой в каркасе гроба, появилась страшная морда ходячего трупа, то есть вурдалака. После чего, со стороны Длинноухого последовал громкий выкрик от испуга, столь внезапного, а затем и от вурдалака последовал такой же.
Через несколько секунд, оба успокоились, после чего труп ходячий принялся вытаскивать гвозди из каркаса, да что-то приговаривать, наверняка, проклиная то, что ему досталось вскрывать именно этот проклятый гроб.
- Орет еще, руки сует куда не нужно… Ненавижу эту работу, лучше бы проигнорировал все крики… Вот! – вытаскивая каким-то заостренным предметом последний гвоздь, крышка гроба просто сама начала падать, а вслед за ней и туша Бледнокожего эльфа, которая была одета лишь в тряпки какие-то, словно та же мумия. Лбом ударившись о деревянную крышку, эльф начал матюгаться и медленно подниматься на ноги, постепенно оглядываясь вокруг и разглядывая то, что его окружало.
Высокие стены, куча гробов, некоторые из которых были вскрыты, а другие плотно запечатаны. Черепа вперемешку с костями различных размеров были на стенах, разобрать то, настоящие они или нет – было трудно. Впереди, за вурдалаком, был просторный зал, где было видно множество манекенов, стоящий в ряд. У половины из них стояли люди, эльфы, орки, таурены… И беспощадно потрошили их своими клинками, лишь искры можно было разглядеть, летящие в разные стороны.
- Ты в Акерусе, главном оплоте Рыцарей Черного Клинка, вещи тебе выдадут на выходе… - продолжал бубнить довольно хилый с виду вурдалак, изредка дергаясь и оборачиваясь на звук лязганья чьих-то лат.
- Проваливай отсюда, пока голову я твою жалкую не снес! – внезапно на весь зал раздался крик, который вновь по ушам «проехался» эльфу. Темная фигура подходила все ближе и ближе, обвешанная вся в темных латах, от которых исходило тусклое синее сияние. На шее этого существа было ожерелье из нескольких черепов, каждый из которых отображал будто какую-то эмоцию. Гнев, Страх, Боль, Жалость, Ненависть, Бешенство.
Длинноухий стоял, не понимая, что сейчас будет, силуэт этого существа, который очень напоминал орочий, подходил все ближе и ближе. Можно даже было почувствовать, как в комнате становится холоднее. Взор же его был прикован к светло-синему сиянию, исходящему из глазниц орка. Впервые, эльф чувствовал себя таким мелким, ничтожным и беспомощным.
- Ты и есть тот самый Смертый, который снес голову Даллии? – подойдя ближе, орк усмехнулся, оглядывая Бледнокожее эльфийское отродия, - Я ожидал чего-то более устрашающего, чем хилый эльф! – орк сплюнул на каменную пол, после чего развернулся и поспешно направился прочь.
- И что это было? – вздохнув, эльф глянул вокруг, в поисках одежды какой-либо, про которую говорил вурдалак. Приложив длань к челу своему, Длинноухий начал мотать головой, думая, что делать дальше. И вновь, думу его прервал кто-то.
- Так и будешь тут вечность стоять или же начнешь обучение?! – со зверским рыком проорала эльфийка в черно-белых готических доспехах, подходя к эльфу и тыкая его носом в угол комнаты, где лежали черные и мрачные одеяния, напоминающие что-то вроде лат.
- Одеваюсь, одеваюсь, - потирая шею, эльф зашагал в угол, сразу же подбирая первую попавшуюся вещь – наручи, затем поножи, ботинки и т.д. Медленно и постепенно Вислоухий начал срывать с себя непонятные тряпки и одевать на себя одеяния низшего неофита.
- Ты у нас, значит… - эльфийка что-то пробубнила, подходя к крышке гроба и переворачивая ее, - Баграм. – на обратной стороне доски, было высечено и выжжено новое имя эльфа.
- Баграм, - эльф повторил про себя имя, застегивая наплечники и натягивая на руки перчатки, - И что дальше делать? – обернулся вновь к эльфийке седовласой, после чего сделал шаг вперед к выходу.
- С глаз моих проваливай! Доложи инструктору своему, он бродит, скорее всего, в самом центре. Твое обучение начнется немедленно! - эльфийка махнула рукой и поспешно удалилась, выкрикивая что-то на таллассийском на какого-то гуля.
- Тчч… Сволочь, - огрызнулся Баграм и зашагал самоуверенно вперед, глазами пытаясь найти кого-то кто походил бы на того самого Инструктора.
Долго ходить не пришлось, так как сразу же выходя из «гробовой» все новоприбывшие попадали в просторный, обширный и мрачный зал, в центре которого было что-то на подобии арены. Также, по этому залу были расположены три наковальни, каждая из которых была украшена огромным черепом, с открытой пастью и клыками, словно демонические. Вокруг мельтешили лишь искры от клинков тех, что сражались друг с другом. Представители различных рас бились друг с другом, пытаясь доказать, что они сильнее другого. Все они были одеты точно также как и Баграм, но некоторые же были закованы в прочные латы, лишь одна черта была у них всех общая и различная с Длинноухим – в руках каждого был клинок.
- Эй! Ты, мразь ушастая! Сюда подошел, немедленно! – проорал с диким ревом все тот же орк, украшенный черепами.
Этот орк был единственным, кто не принимал участие в битвах, а также он сам отдавал приказы, гаркая на остальных, словно на больных собак.
- Вытаскивай любой клинок и ты выходишь первым на арену! – вытянул руку и указал на ножны, где хранились клинки различных размеров и видов.
- На арену? – удивленно переспросил эльф, глянув назад, где и было расположено поле боя.
- Я непонятно сказал что-то? – взревел вновь орк, схватив Баграма за шею, да «подтолкнув» его к ножнам. – Выполняй! Твой противник уже ждет!
Эльф не медля выхватил первый попавшийся клинок, схватив тот за рукоять и вытаскивая из ножен. Лезвие было продолговатое и полностью в зазубринах, но менять его не было времени, так как остальные уже начали толпиться вокруг той самой арены, что-то выкрикивать и лязгать своими латами.
- Братья мои! Встречайте Смертного, который оттяпал голову Даллии! – проорал орк вновь, начиная хлопать и приветствовать эльфа на арене, так же начали делать и остальные. Их приветствие было таким же фальшивым, как и слух о том, что у огров есть чувство юмора. – Его следующей жер… то есть соперником будет – Сурат!
Как только орк выкрикнул имя, на арену тут же вышел огромный дреней, в руках держащий массивный двуручный клинок. Можно было сразу понять, что этот был любимчиком орка, а все остальные его побаивались.
- И как же такой упырь смог одолеть Прекрасную Даллию? – издевательски улыбнулся дреней, подходя ближе к Баграму и глядя на него сверху вниз.
Разница в росте, да и массе была очевидно – Баграм был лишь ростом до груди Сурата, не говоря уже о массе и силе.
- Да начнется схватка! – прогорланил Инструктор, после чего и все остальные начали орать, высмеивать эльфа и то, как долго он продержится.
Без какого-либо предупреждения, Сурат нанес резкий удар по челюсти эльфа рукоятью клинка своего, посылая того в полет в каменную стену. Не предвидев такого поворота событий, эльф буквально впечатался в стену лбом, после чего чуть отошел, сильно шатаясь. Сплюнув сгусток крови, Баграм набросился на дренея, пытаясь того рубануть по ногам, ибо по торсу бить его было бы бессмысленно. Сурат же не впервые видел такой прием, поэтому просто отпихнул своим копытом эльфа. Звук трескающихся ребер эльф, лишь подлил масла в этот бушующий огонь наблюдателей. Отлетая назад, эльф просто согнулся пополам, выронив клинок из своей хватки. Падая на колени, Баграм начал буквально плеваться сгустками крови, отхаркивая темную телесную жидкость на каменный пол.
- Ничтожество! Тебе не место среди нас! – провопил дреней, замахнувшись своим клинком, намериваясь отрубить голову Вислоухому.
- Прекратить этот бой! – внезапно раздался грозный глас эльфийки седовласой, которая разъяренно и взбешенно подходила к орку. В тот же момент клинок Сурата просто застыл над его головой. – Грог! Ты прекрасно знаешь, что Старик не зря его сюда послал, но все же ты хочешь его убить! О Твоей жестокости и так ходят много слухов, Верховный Лорд не будет очень рад этому!
- Заткнись баба жалкая! – рассмеялся Инструктор, после чего просто отпихнул бабенку подальше от себя, - Сурат прикон… - не успел даже договорить фразу, как моментально был отослан прочь в ближайшую стену огромным потоком Нечестивой энергии.
- Сурат, опусти свой клинок, - тихо и монотонно проговорила эльфийка, сдерживая еще один всплеск энергии.
Дреней мгновенно опустил массивный клинок и поспешно удалился с арены, что-то пробормотав на своем языке. Эльф же был в полусознательном состоянии, валяясь на полу, он отхаркивался кровью и стремительно терял сознание. Все опять начало кружиться, вертеться и темнеть.
- Этот эльф, - спрыгнув вниз с громким лязганьем лат, - будет еще сильнее чем Сурат. – усмехнулась напоследок эльфийка и взмахнула рукой.

Часть XII. Клинок.

- Баграм! Мне уже бесит повторять тебе одно и то же! Уже год практически прошел, а ты все еще на уровне адепта безмозглого остался! Расползтись! Немедленно! – Грог вновь надрывал свои голосовые связки, приказывая стражам разнять Длинноухого эльфа и клыкастого тролля, тренировочный бой которых перерос в нечто более, чем просто тренировка.
- Тчч… - даже не пытался вырываться из цепких лап стражей, - Инструктор Грог, со всем уважением к Вам, но я отказываюсь больше тренироваться, если это будет с каким-то вонючим троллем, у которого нету никакого уважения к другим. – с ехидной ухмылкой на лице проговаривал Баграм, глядя на разбитое лицо тролля.
- Плевать я хотел на то, что ты хочешь! – орк схватил эльфа за шкварник и кинул его от себя в какую-то стену близстоящую.
- Кхх..! – плотно «подружился» со стеной, да и на несколько секунд потерял дыхание, после чего поднялся вновь с колен и направился куда-то прочь, за спину закинув ржавеющий уже клинок годовалой давности.
- Тварь неблагодарная, - пробубнил орк, после чего оглядел всех и гаркнул на них. – Чего вылупились?! Обратно к тренировкам! Живо!
Все тотчас же разбежались по своим углам и скрестили клинки со своим соперником. Грог же направился вслед за Баграмом, догнав его около Кузни Рун.
- Стой, эльфийская тварь, - схватил за плечо Вислоухого, да обернул на себя, – Чего ты не поделил с этим троллем?
- Тебе-то, какое дело? Впервые интересуешься чем-то подобным, - с малой долей удивления, но с огромной долей безразличия проговорил эльф, вкладывая заржавевший и изношенный клинок в ножны.
- Именно, никакого. Разговор не об этом, - наблюдая, как с противным скрипом клинок входит ножны, - Как тебе твой клинок?
-А что с ним? Служит мне еще, прочный и острый, не мало крови повидал на себе, - провел рукой по рукояти клинка, торчащей из ножен.
- Этот кусок жалкого железа еще острый? – с насмешкой выговорил Грог, - Не хочешь заняться ковкой собственного клинка?
- Я бы с радостью, но материалов у меня надлежащих нету.
- Можешь воспользоваться запасами, которые прибыли в оплот четыре дня назад. Да и наш кузнец не будет против нескольких дней отдыха. Вперед, Смертный. - хлопнул Баграма по плечу и направился прочь, вновь надрывая связки на какого-то неофита.
Баграм вновь глянул на свой прежний клинок, провел в последний раз по его рукояти и направился тоже прочь, на ходу думая, из каких материалов сделать клинок. Медленно и лениво шагая по мрачным залам, эльф приближался к обители местного кузнеца дворфа – Тэрана.
- Тэран, прости, что беспокою, но мне нужен совет твой, -тихо и неуверенно проговаривал эльф, оглядывая наковальню и различные слитки, которые сложены были в одну кучу. – Из каких материалов сделать прочный, но так же мощный клинок, да и какой формы лучше?
Вдруг, зал наполнился звонким смехом, после чего из-за угла вылез дворф, держась за свою бороду, которая свисала прямо до пола, - Какие эльфы меня посещают! Что, Баги, вот и настал тот день, когда тебе понадобилась помощь старика Тэра.
- Да, настал, - опустил голову, будто было стыдно за что-то, - Поможешь?
- А куда я денусь? – дворф вновь усмехнулся, подходя ближе к эльфу, - Слушай сюда, но только внимательно. Повторять я не собираюсь даже для тебя. Форма клинка будет зависеть от того, как ты сам будешь видеть его, руки лишь будут делать, а форма заполнятся сплавом, к чему я и перехожу…. – дворф начал заговаривать зубы эльфу, рассказывая про всевозможные виды сплавов для клинков одноручных, двуручных, в том числе и кинжалов и топоров. Перечисляя каждый плюс и минус того или иного сплава или же слитка, из которого можно сделать добротный клинок. Баграм тем временем, лишь кивал головой и делал вид, что слушает очень внимательно, хоть на самом деле воображал что-то свое.
- Понял принцип работы с наковальней? – переспросил дворф, будучи крайне недоверчивым, когда дело касалось его любимой наковальни.
- Да, понятно все, - продолжал кивать эльф, уверяя дворфа, что полностью все запомнил и уяснил, в надежде, что он быстрее уйдет и оставит эльфа на творческий произвол.
- Ну, смотри мне, если что-то напортачишь – голову снесу, и на этот раз я не вру, - пригрозил старик Тэр, после чего направился шастать по темным залам, то и делая, что пугая всех своим противным заливным смехом.
- Наконец-то, - вздохнул эльф, сразу же метнувшись к слиткам, да начиная рыскать среди них в поисках именно тех, которые были ему нужны со слов дворфа.
Перебрасывая слитки в чан, где они будут сплавляться, эльф уже делал в уме наброски того, каково будет форма лезвия клинка. Закинув последний слиток в чан, Вислоухий сразу же метнулся к вырезке формы для заливки. Фактически, форма напоминала смесь двуручного клинка, который был очень широким в области рукояти, а ближе к острию – сужался, чтобы можно было нанести максимальное количество боли для соперника. Вдобавок ко всему, все лезвие было покрыто треугольными шипами, которые словно цепью были обнесены по грани клинка. Закончив со сплавом металлом, а так же с вырезкой, Баграм принялся выливать смесь из чана в заготовленную форму. Медленно и постепенно, раскаленная лава заполняла форму нового клинка, который в скором времени будет подвергнут к кропотливой работе гравирования рунами, но это лишь после того, как сам клинок будет закончен.
Форма была готова, пора было приступать к ковке. День и ночь баграм молотом бил по раскаленному железу, придавая лезвию нужную форму и очертания, время от времени погружая тот в воду, дабы закрепить форму. Медленно, но постепенно, клинок приобретал нужные очертания и форму, радуя глаз своего нового владельца, который вкладывает в изготовку его не мало усилий, труда, но так же частицу своей души, если таковая имеется у адептов Рыцарей Смерти.
- Готово, - монотонно прошипел Длинноухий, погружая в финальный раз лезвие клинка в жидкость, а после вытаскивая его и кладя на специально подготовленные ножны, чтобы клинок окреп.
Сам же эльф поспешно направился к полкам с книгами, которые находились на самом нижнем ярусе. В этих книгах содержались различные описания, начертания и объяснение рунической гравировки клинка, которая возможна лишь при участии Кузни Рун. Проведя день выучивая и выбирая нужные руны, а так же практикуясь в их начертании, Баграм был все же неуверен в том, что сможет все руны перечертить в точности, без малейшей ошибки, так как одна искаженная линия и у руны будет совсем другой смысл и значение. Клинок тем временем, находился под надежной охраной Тэрана, который продолжал мастерить что-то свое, то ли на пользу самому себе, а то ли для всего Черного Клинка.
- Тэран, я забираю клинок на гравировку, - словно ходячая кукла, эльф проговорил монотонно, держа в одной руке книгу с рунами, после чего во вторую вложил рукоять клинка и шатаясь, направился к Кузне Рун.
- Парень, я не буду тебя останавливать, но если ты что-то спутаешь… - дворф вздохнул и помотал головой, ибо не раз видел, как такие же новички портили свои клинки, а потом ходили словно посмешище в рядах Рыцарей Черного Клинка.
Неофиты, адепты и остальные Рыцари Смерти лишь наблюдали за Баграмом, пока тот тащил свой новый клинок к Кузне Рун.
-Эльфас, ты уверен, что готов к этому? – Грог подошел к эльфу со спины, когда тот уже был готов начать гравировку лезвия клинка.
- Я не буду готов, если ты будешь мне мешать своей болтовней, Инструктор Грог, - буквально гаркнул эльф, будучи и так раздраженным от столь кропотливой работы.
- Мразь какая, ты еще будешь ползать потом, когда ошибку сделаешь! – вновь рыкнул, словно дикий зверь, Грог, да направился дрессировать остальных своих собак, которые то и делали, что наблюдали за эльфом.
- Что, Грог, боишься, что Смертный станет сильнее тебя? – ехидно спросила Седовласая, проходя мимо орка, на что он ей просто рыкнул в ответ, мол, пасть закрой.
Без лишних слов и эмоций, открыв книгу и разложив листовки пред собой, Баграм приступил к нанесению первой линии первой руны на свой клинок. Кузня начала светиться тусклым, мрачным синеватым сиянием, после чего бледные линии такого же оттенка потянулись к клинку, охватывая его лезвие, буквально впиваясь в сталь именно там, где была нанесена первая руна. Линия за линией, изгиб за изгибом, руна за руной стали медленно появляться на одной стороне клинка. Прошло не мало часов и усилий, но одна сторона была каким-то образом успешно закончена, без каких-либо отклонений. Аккуратно перевернув клинок другой стороной, эльф начал вновь наносить те же самые руны, иногда уже даже спеша, ибо знал одни руны уже наизусть. Благо знал, а не был самоуверенным в себе идиотом.
В Акерусе нельзя было различить, когда начинался день, а когда кончалась ночь, но время тут длилось совсем иначе, чем, к примеру, в Борейской Тундре. Часы могли казаться минутами, а минуты в свою очередь – днями, и наоборот. Полностью погрузившись в работе, Баграму было плевать на то, сколько прошло времени, главное сейчас было не допустить ошибку на последних линиях, на последних изгибах…
- Он готов! – отбросив все, что мешало, эльф выхватил клинок, который еще был охвачен темно-синими линиями из Кузни Рун. Вскинув его ввысь над своей головой и наблюдая, как руны постепенно мерцают или пульсируют, время от времени, синеватым оттенком.
- У этого Смертного действительно есть потенциал стать одним из нас, - усмехнулся Инструктор, после чего подошел к эльфу, опуская его руку, - Рано радуешься, ушастая тварь, ты еще лишь адепт безмозглый, который ничего толкового в бою не умеет.
- Грог, мне плевать на то, кем я кажусь в твоих глазах. Я сегодня доказал себе то, что я не хуже того, кто приобрел Бессмертие. – сжимая рукоять нового клинка, эльф говорил медленно, монотонно, четко и отрывисто, давая понять всем, что теперь он не просто адепт.
- Я слышу лишь слова, а не действия! – внезапно заорал орк на весь зал, после чего махнул рукой, тем самым призывая к себе того самого дренея – Сурата. – Примешь ли ты вызов, Смертный?
- Я от него никогда не отказывался, - прошел мимо Грога, чуть толкнув того плечом, да проследовал на арену, где уже ожидал своего соперника.
Сурат поспешно, даже несколько раздраженно, последовал тоже на арену, встав перед эльфом, которого он избил годом ранее.
- Сурат, покажи этому эльфасу его место! Он никогда не будет одним из нас! – проорал вновь орк, буквально из-за своей ненависти надрываясь, а остальные лишь присоединились к нему, выкрикивая всякую чушь.
Дреней вновь не медлил, поэтому тут же резкий удар по торсу эльфа своим клинком.
Ожидая уже, что Сурат так и поступит, Баграм предварительно выставил свой рунический клинок, дыба парировать атаку, затем оттолкнул Сурата ногой, опираясь руками на меч, после чего вновь встал на ноги. В правой руке держа рукоять, а левую выставив перед дренеем, начиная представлять то, как его ноги начинают окутывать цепи изо льда, через несколько секунд так и произошло – тонкие линии начали тянуться к ногам дрене, далее переплетаясь в более массивные ветви, в конце образуя самые настоящие цепи, которые буквально прицепили его к одному месту и лишили возможности двигаться.
- Тварь какая, - усмехнулся Сурат, после чего сконцентрировав энергию Нечестивости у себя в руке послал ее прямиком на Баграма обширной волной.
- У самого на лице щупальца, а я еще и тварь, - в ответ усмехнулся Длинноухий, принимая весь напор от волны на себя, клинок выставив в качестве щита. После этого, Баграм моментально сделал два шага в сторону и начал что-то шептать, в конце лишь щелкнув пальцами, и в тот момент одна из рун на его клинке запульсировала, а ноги дренея стали погружаться прямо в пол, будто это было не саронитовое покрытия, а самое настоящее болота, в котором легко было погрязнуть по самые уши. Будто сам саронит в один момент сгнил и превратился в жидкую субстанцию.
- Эй! Эй! – дреней начал бешено пытаться выползти и вытащить свои копыта из этой странной субстанции.
- Ну, теперь кто на кого с высока смотрит? – усмехнулся Баграм, подойдя к Сурату, который теперь был уже ростом до груди эльфа.
- Рот свой закрой! Как только я выберусь отсюда, то…
- «то» Что? – прервал внезапно Баграм Сурата злобным выкриком, после чего вмазал тому латной перчаткой по челюсти со всей силы, ломая ее с громким хрустом и треском.
Хоть дреней и был сильным, крепкого телосложения, но от прямого удара латной перчаткой в челюсть любой бы отключился, впрочем, как и этот дреней.
- Победа за мной, - Баграм усмехнулся, закинув клинок свой за спину, после чего медленно зашагал вверх по лестнице к выходу из этой небольшой арены, оставляя дрене позади себя.
- Чего стоите?! Вытаскивайте Сурата! – прогорланил Грог, гаркнув на своих собачонок, но взор его был на самом деле прикован к новорожденному Рыцарю Смерти.

Послесловие.

Самая верхушка Некрополя Волтара. На большой круглой арене стоит темный силуэт латника со скрещенными руками. По лестнице к этому полю битвы поднимается эльф, держа рунический клинок в руке. Ледяной северный ветер охватывал обоих Рыцарей Смерти, но им на него было наплевать.
- Я уже замерз ждать тебя..! – выкрикнул Махарис, вытягивая свой клинок из ножен.
- Больше ждать не придется! – гаркнул в ответ Баграм, обводя острием клинка вокруг себя полукруг.
- Не думай, что исход будет отличаться от прошлого раза, - с некой насмешкой проговорил «человек», в голосе котором можно было услышать не то угрозу, сколько азарт.
- Тут думать и не нужно, я просто уверен в обратном!
Два шара из Нечестивой энергии, окутанные едким дымом, который за собой оставлял длинный и тонкий след, внезапно вырвались и полетели в две стороны: на «эльфа» и на «человека». Оба были разрублены пополам, когда Рыцари рванули с места, словно два пса бешеных они сцепились в схватке. Махарис нанес мощный удар сверху, в полной уверенности того, что возьмет этот бой лишь одним мощнейшим ударом, но его клинок был остановлен... Скрещивая свои клинки, оба Рыцаря ехидно усмехнулись, глядя друг на друга пристально. На лице «эльфа» отчетливо красовался довольный оскал, а в глазах некая хищная игривость; у «человека» же лицо было скрыто шлемом саронитным, но глаза его горели холодной яростью и лишь по ним можно было увидеть то, что ничего еще не закончено..