Deeply above...

А дождь все барабанил по полям старой потертой шляпы. Капли изредка срывались прямо перед носом, падая в бездну. Все, что отделяет тебя от земли – один шаг и мгновения… долгие мгновения, слишком долгие. Внизу – лишь тени редких деревьев, легко покачивающихся на утреннем ветру. Ветер, в свою очередь, лишь мешает… в морду дует да забыться не дает. Если на этом свете есть место лучше, хотелось бы знать, где ж этот рай. Для старого друида, рай еще тут – на Калимдоре, в степях. Шляпа промокла насквозь. Он только недавно вернулся домой, а тут… хотя, воля Матери-Земли неоспорима. Лишь одной ей известны наши пути, ибо она видит все, даже то, что сокрыто от нас вовсе.


Ярко красное солнце едва проглядывало на горизонте, окрашивая небо на западе лиловым сиянием. Значит, оставалась еще надежда на чистое небо над Утесом, но мрачный серый зверь над головой пока упрямо твердил свое. Косые капли все летели вниз, в серую пучину.


Нурн любил дождь. Любил просто стоять, чувствовать шерстью слезы Матери-Земли. Вода манила даже больше, чем огонь, особенно, после того, что на обрыве... Ах да, Танарис. Ужасное место. Как только его, друида, занесло туда? Впрочем, если бы он мог ответить, хотя бы сам себе. Дожди там – очень редкое явление. Пыль, колючий, как степной терновник, песок и вечная борьба за воду. Впрочем, одичавшему в то время друиду не было дела до этих разбойников. Интересно, а ты был бы благодарен, если бы тебя вернули в нормальный, человеческий облик, а? Хотя, дело даже не в этом…


Бездна под ногами все темнее и темнее, а старая, поношенная роба вымокла уже. В фиолетовых глазах старика блекло отражается огонек костра, что на соседней вершине, и что-то напоминает ему молодого зверя в вычурной шляпе. Да-да, той самой шляпе, в которой он прошел свой путь. Теперь ничто уже не кажется странным, ничто не кажется новым. Все так, как оно есть. Время летит, черный зверь тьмы медленно поднимается из бездны под утесом, а сверху налетают тяжелые слезы…


Старый шу’хало тряхнул головой, в надежде сбросить шляпу как раньше, но с годами навыки притупляются, да и шляпа мокрая, тяжелая. Мгновения… уже не те, долгие мгновения полета, а те, настоящие, те что стоит прожить. Тусклая зеленоватая вспышка, и палевый с лиловыми глазами зверь, со старой шляпой меж острых рогов, рысью побежал по краю утеса к мосту. До рассвета нужно успеть…