Ричард Штерн

«Старые кости под ноги бросьте,
Зеленое пламя придет к вам в гости.

Детский крик и волос мертвеца -
Важная вещица, для колдуна.

Дом вам сполю, в тени дорогу найду,
Тьме я ну служу, свои интересы я блюду.

Свет из окна – не большая беда,
Огня, больше огня! Вот это ваша беда.

Вашу душу я получу, по вам я не грущу
Я вас медленно убью, но этим лишь начну.

Молодые кости в пасть вечности бросьте,
Вашей нет масти, душу в страсти.

Мне нет никакого прощенья,
Но вся я совершаю без сожаленья»

Столь нескладная и странная песня срывалась с уст старика шедшего через погосты и города, много лет назад. Его именем пугали детей, но даже старики сейчас не вспомнят его. Он стерся, его имя позабыли. Даже те бесчинства, которые он сеял забылись после нашествия орды.
Однако скверна, которую посеял Артос дала свои плоды. С могильников вокруг столицы вырылись многие мертвецы. Каждый из них был ужасен и поэтому сгорбленный и сильно разложившийся мертвец, похожий на других, но с безумным блеском в глазах не сильно выделялся из тысяч воющих мертвецов. Однако уже спустя месяц кто-то обретал разум, но не мог сорвать цепи Короля Лича. Мертвец был рабом и слугой. Без памяти, без будущего. Но не этот.

Когда вышла полная луна, все было тихо. По разрушенным и разграбленным землям вновь зазвучала песенка, но в ней появились другие слова:

« Смерть приняла меня и приласкала,
Теперь ей нужна чужая душа, а не я
Зубы скалить старые мертвечина,
Пусть поскалит, есть причина…»

Спустя несколько месяцев глубоко в Империи людей пропал караван с охраной и провизией, который был нужен ополчению. Когда была выслана новая боевая группа, они обнаружили, что зерно почернело, а мясо прогнило. Увидев своих товарищей, у многих не выдержал желудок. Они были нанизаны на колья и связаны вместе руками. У большинства вздувались гнойные язвы, многие были сожжены до внутренностей. Самое жуткое было то, что один был жив. У него не было кистей и ступней, глаза были выедены, а язык отсутствовал. Даже жрицы, которые прибили с подразделением, ничего не смогли сделать. Мужчина был сильно изможден и без сознания. Спустя несколько дней, он очнулся в госпитале и весь день не связно кричал одно слово: « Ихалд». До утра безумец не дожил. С восходом светила его тело нашли во дворе храма. Калека спрыгнул вниз, когда видимо дежурный лекарь спал. Однако это не подтвердилось. Пожилой мужчина находился в палате где было открыто окно. Он был бледен и не мог говорить до вечера. Когда он пришел в себя он поведал жуткую историю.

- Ночью я проводил обход больных и заметил, что в дальних комнатах не горят масляные лампы.- Запинаясь и икая, рассказывал слуга науки,- Когда я вошел в правую комнату, то увидел кровавые следы на полу от койки Фридриха, а его сосед был задушен. Я хотел позвать на помощь, но тут я увидел его…
Фридрих сидел на обрубках, из рта его капала кровавая пена, а в темных зрачках горел зеленый огонь, тускло, но явственно. Он открыл рот и из пасти его вырвался нечеловеческий вопль. А потом он посмотрел на меня и странно улыбнувшись, пополз в комнату напротив. Я не мог пошевелиться, а потом я услышал голос. Старческий и хриплый. Он медленно произносил слова и в этот же момент больные начинали кричать. Через несколько минут все крыло затихло и в дверном проему проеме появился мертвец; с синеватой кожей и желтыми безумными глазами. Они уперлись в меня, а через секунду я услышал безумный хохот и медленно растворился во тьме. Только теперь я понял, что говорило оно. Оно пело и примерно следующее:
« Раз, два, три, четыре, пять,
Ричард будет тебя ждать.»
Каждый раз, когда я вспоминаю это, меня пробирает дрожь.

Рассказав столь страшный рассказ, который проник в души многим лекарь ушел в свой старый дом на краю деревне. В ту ночь выл сильный ветер и ни один смельчак не показал носу из дому, но те, кто смотрели в окна, говорили: что они видели всадника на мертвой лошади и с черепами на печах. Он уехал из города ,что-то бормоча. Каждый, житель почувствовал ,что смерть прошла рядом.
На утро лекаря нашли в своем доме повешенного, с оторванными ушами, опаленным черепом. А на стене подчерком лекаря, кровью были выведены буквы:
« Рихад любить поиграть,
Но больше он любит убивать»